+375 17 209-48-04

+375 25 512-05-97

info@zapraudu.info

Андрей Дмитриев: «Мы себя сегодня чувствуем очень уверенно и комфортно, потому что чувствуем обратную связь с обществом»

Про мнению многих экспертов и политиков, пезидентская кампания-2015 выдалась самой бесцветной и предсказуемой за последние десятилетия: ни интриги, ни интереса, ни надежды. Но руководитель избирательного штаба кандидата в президенты Татьяны Короткевич  Андрей Дмитриев считает иначе.

В Беларуси сегодня нет другой возможности выразить свой протест, кроме выборов

-Центризбирком зарегистрировал Татьяну Короткевич кандидатом в президенты, а его глава Ермошина призывала избирателей поддержать единую женщину-претендента. Чем вызвано столь благожелательное отношение власти к «единственному кандидату от демократических сил»?

-Не исключаю, что Ермошиной действительно нравится Короткевич, чисто по-женски. Все-таки впервые в истории Беларуси женщина претендует на пост президента. Несмотря на знаменитую фразу о борще, сама Лилдия михайловна борщи-то не варит, а уже давно занимает высокую должность во властной иерархии. Думаю, внутри каждой женщины живет потребность показать мужикам, кто в доме хозяин.

С другой стороны, это бесплатный способ вносить раздрай в оппозицию – сказала фразу, которая подняла бурю в соцсетях.

Я не исключаю оба фактора: Короткевич нравится чисто по-человечески, а с другой стороны, хорошая возможность рассорить оппозицию. У нас люди любят раскрывать заговоры, особенно вселенского масштаба. То же самое, только на более низком уровне, происходит и в оппозиции: все знают, что хочет КГБ и кем руководит. Словно сами работают в Комитете. Для спецслужб это чистая победа: вместо обсуждения того, что можно сделать, люди обсуждают заговоры, которых нет.

-А может, с Короткевич бороться безопаснее, чем с Лукашенко?

-Безопаснее вообще не бороться или бороться в интернете.

Знаете, чем различается борьба с Короткевич и с Лукашенко? Лукашенко уже давно никому не отвечает – ни народу, ни оппозиции. Система позволяет пока наращивать глухую стенку между ним и остальными.

А Короткевич отвечает, Короткевич живая.

-Не проводите ли вы параллели с 94-м годом? Все забывают, что тогда голосовали не за Лукашенко, а против Кебича. И даже если бы Короткевич ничего не делала, люди голосовали бы за нее – таким образом люди протестуют.

-Но Короткевич много делает. За первую половину кампании она проехала 50 городов и местечек, на очереди еще 50 населенных пунктов. Учитывая крайне ограниченные возможности, работа проводится просто колоссальная.

Мало кто вспоминает, что 2010 году, согласно независимым соцопросам, Лукашенко набрал всего лишь 51% голосов. 51% в год, когда зарплаты выросли в два раза, Россия процветала, и беларуское руководство не сомневалось что всегда получит свою пайку от русских.

Сейчас – все с точностью до наоборот. Власть ничего не может сказать про предыдущие пять лет и уж тем более про будущие годы.

Безусловно, существует украинский фактор, но давайте его не преувеличивать. Многие беларусы уже привыкли к нему, а к зарплате в два с половиной миллиона привыкнуть невозможно. Поэтому сегодня люди пойдут на выборы, чтобы показать фигу в кармане, чтобы проголосовать против Лукашенко, голосуя за Короткевич. В Беларуси сегодня нет другой возможности выразить свой протест.

Какие бы результаты власть ни обнародовала народу, сама для себя власть посчитает голоса правильно. Власть должна знать: сегодня большинство выступает за перемены. Поэтому мы хотим, чтобы люди пришли и проголосовали. Мы можем впервые получить ситуацию, когда Лукашенко не наберет свои 50% в первом туре.

-Довольна ли команда Короткевич условиями избирательной кампании? Можно ли их сравнить с кампанией-2010?

-Я принципиальных изменений не вижу. Де-факто мы проводим кампанию на пожертвования людей – государство не выделило денег на спецэффекты. Мы используем деньги только на самое необходимое, например, чтобы посетить максимальное количество населенных пунктов.

Нам нужна кампания в интернете – в 2010 году она была в разы слабее. Сейчас Короткевич проводит первую осмысленную онлайн кампанию в интернете.

Сама атмосфера сейчас другая, чем в 2010 году. Если в 10-м году люди испытывали эйфорию, то сейчас люди подходят с критическим сомнением ко всему, что слышат. Хотя интерес к кампании есть: первое телевыступление Короткевич на tut.by посмотрели 300 тысяч человек. Эту настороженность породила постмайданная ситуация в Украине и понимание, что механическая смена лиц не всегда означает изменение ситуации в стране. Поэтому люди пристально присматриваются к кандидатам, к их программам.

Безусловно, нам существенно помогает то обстоятельство, что Короткевич является единственным демократическим кандидатом. К единому прийти не смогли – получили единственную.

Ничего не предрешено

-Исход нынешней президентской кампании очевиден: очередную «элегантную победу» одержит Лукашенко; если и не наберет большинство голосов, то ему нарисуют. Какова конечная цель участия Короткевич в «выборах», если борьбой за власть и не пахнет?

-Исход нынешней кампании, как и любой другой, совсем не очевиден. В истории достаточно примеров, когда абсолютно очевидные вещи не срабатывали. Я прекрасно помню, как незадолго до майдана демократические украинцы говорили, что второй срок у Януковича уже лежит в кармане: система под ним, бизнес под ним, остались только мелкие очаги сопротивления. А в итоге мы видим совершенно иную ситуацию.

Ничего не предрешено. И мы сегодня работаем на то, чтобы получить максимальную поддержку людей. Посмотрите: первое выступление Короткевич произвело эффект разорвавшейся бомбы – люди интересуются, люди обсуждают. Аудитория отреагировала, она услышала то, что хотела услышать от политика, которого называют главной альтернативой Лукашенко. Короткевич такой и является.

И что это, если не борьба за власть?

-Говорят, со всеми кандидатами достигнуты предварительные договоренности – кто на что может рассчитывать после президентской кампании. Если Короткевич или членам ее команды предложат министерские кресла – примете?

-Чтобы такой вариант стал возможен, власть должна изменить свою суть, она должна допустить альтернативное мнение внутри системы. Но беларуская вертикаль построена по очень простому принципу: внутри системы сомнений в принимаемых наверху решениях быть не должно. Как только появится альтернатива – система рухнет.

Допустим, Татьяну Короткевич становится министром соцальной защиты. Она получает трибуну, доступ к информации, и начинает открыто критиковать решения власти в независимой прессе. Пустят? Система в свое время не сумела переварить пять человек группы “Республика” в парламенте, который ничего не значит. Однако пять человек едва не устроили революцию.

Мое мнение: кому бы из оппозиции не предложили большую должность – надо идти. Только не меняй своих принципов, своих взглядов. Кому будет плохо, если мэром Минска станет нормальный человек? Почему оппозиционные партии сразу проиграют, если министром здравоохранения станет нормальный человек? Кому будет плохо, если в парламенте появятся адекватные люди?

Разве только ревнивцам. И плохо будет власти. Поэтому всякие инсинуации насчет договоров с властью напоминают заезженную пластинку, которую крутят уже лет 20.

-Беларусов беспокоит один вопрос – что наступит в стране после 11 октября? Повторюсь за Шевчуком: «Что же будет с Родиной и с нами»?

-11 октября беларусы дадут ответ самим себе: готовы ли они к переменам? Готовы ли беларусы в самом безопасном формате – прийти в кабинку для голосования, где нет камер, ответить самому себе: на какие перемены я готов? На выборах ты голосуешь за то, что будет, а не за то, что было. Готовы ли беларусы пойти вперед или же предпочтут обождать еще пять лет?

Исходя из волеизъявления людей будут строить свои дальнейшие действия и оппозиция, и власть, и народ.

Если оппозиция гурьбой собралась идти на кладбище, нам с ней не по пути

-Фактически «Говори правду» и Татьяна Короткевич проводят нынешнюю кампанию в одиночку – остальные субъекты «Народного референдума» по разным причинам дистанцировались от кандидатки. После выборов «Говори правду» ждут новые вызовы – как существовать дальше в условиях изоляции в оппозиции?

-Я не очень понимаю, почему мы, имея кандидата в президенты, за которого собрали 107 тысяч подписей, остались в изоляции и в одиночестве. Наоборот, мы себя сегодня чувствуем очень уверенно и комфортно, потому что чувствуем обратную связь с обществом.

-«Говори правду» переходит из лагеря традиционной оппозиции в стан конструктивной оппозиции?

-«Говори правду» переходит в состояние, когда общество нас поддерживает. И самый главный вопрос для нас – как удержать существующую поддержку и как конвертировать поддержку в реальную политическую силу.

Мы имеем план дальнейших действий, который не направлен против оппозиции. Мы разработали план давно: по нему мы провели Гражданский договор, потом Народный референдум, и переходим к следующему этапу. Захотят работать все вместе, будем искать точки соприкосновения, не захотят – будем действовать в соответствии со стратегией. Изоляции мы не чувствуем. Мы чувствуем большой вызов: как удержать поддержку людей и наращивать ее после выборов.

-«Говори правду» недвусмысленно обвинили в намерениях рейдерского захвата БСДП (Громада), членом которой является Короткевич. Что можете ответить на эти обвинения?

-Пока в стране нет пропорциональной системы выборов и нет возможности получить официальную регистрацию, переход в партию выглядит по меньшей мере странно. Надо учитывать, что само слово «партия» дискредитировано властью за прошедшие 20 лет. Единственный способ избавиться от негатива – попасть в систему власти путем выборов. Но пребывать в состоянии вечного оргкомитета – несерьезно. Я не верю, что сегодня можно идти на выборы в надежде, что тебя пропустят.

В 2016 году мы пойдем на парламентские выборы. Наша задача – постоянные последовательные действия, которые ведут к накоплению общественной поддержки. Если общественная поддержка достигнет определенного уровня, возможно, мы сможем ее для давления и провести наших людей в парламент. Если нет, нужно накапливать общественную поддержку дальше – без истерики и слез.

Насчет рейдерского захвата Громады. Я очень уважаю социал-демократическую партию, несмотря на интриги внутри руководства, в которых (честно скажу) не разбираюсь, потому что очень многие социал-демократы помогают нам сегодня. Такое никогда не забывается. Естественно, что я не могу относиться к этим людям плохо или со смешинкой.

Наши планы не построены по принципу “как бы кто-то другой не стал успешным”. Наш план построен на другом принципе: чем более успешен каждый, тем больший успех ждет всех. А наша оппозиция часто думает, как бы кто не прыгнул выше установленной планки. Главная проблема оппозиции – нас все считают политическими импотентами, маргиналами, ни на что не способными.

Сегодня Татьяна Короткевич доказывает: мы способны слышать вас и говорить о ваших проблемах, мы способны договариваться, способны идти вперед.

2015 год – год смены подходов и внутри общества, и внутри демократических сил, это уже очевидно для всех. Процесс смены может затянуться. Но ведь выборы стали очевидным импульсом, потому что подход поменялся. И чтобы мы ни наблюдали после выборов, кто бы на них не победил – это смена подходов. Оппозиция потому и оказалась в нынешнем положении, потому что прошедшие 20 лет все время понижала планку, которая в итоге опустилась ниже плинтуса. С нынешним подходом путь открыт только на кладбище. Если оппозиция гурьбой собралась идти на кладбище, нам с ней не по пути. Мы пойдем другой дорогой. Есть шанс, что именно этот путь окажется успешным.

-Как вы представляете свое политическое будущее после Лукашенко?

-Я хочу стать лидером команды, которая сделает в стране перемены. И сделает реформы необратимыми, чтобы любая последующая власть могла только развивать, дополнять, улучшать, а не думать о реванше.

30 сентября 2015

Коментарии

Добавить комментарий

Вы должны быть авторизованы для комментирования.

Войти с помощью: 
 
А также…