+375 17 209-48-04

+375 25 512-05-97

info@zapraudu.info

Как нам расширить зону свободы

Когда Николай Статкевич вышел на свободу в августе 2015 года, своей главной задачей он провозгласил «расширение зоны свободы». Единственным инструментом этого расширения были объявлены массовые акции оппозиции. Прошло девять месяцев, с тех пор оппозиция провела около десятка акций, но так и не смогла сделать их массовыми.

nackangres150520169

Оказалось, что «зона свободы» на сегодня в Беларуси вмещает в себя до 600 человек и пока не растет. Даже акции протестов предпринимателей, которых у нас вроде бы десятки тысяч, не смогли сделать уличный протест действительно заметным — все те же 600-1000 человек.

В интернете уже составили полушутливый «рейтинг» того, что мешает белорусам выйти на акции: дождь, снег, жара, холод, посевная, уборочная, работа, выходной. Ну а сами организаторы чаще всего списывают малое количество участников на страх и злокозни власти.

Во время встреч с людьми в регионах я всегда спрашиваю, почему они не принимают предложение проявить свою гражданскую активность? И самый типичный ответ — это вовсе не страх (хотя и такое есть): на самом деле обычно люди не видят смысла в публичной демонстрации своей оппозиционности. Не понимают, как их выход на улицу поможет решить ту либо иную проблему.

Получается, «Зона свободы» не может расти без «Зоны смысла», а именно его сегодня в массовых акциях и не хватает.

«Призвал на акцию — дальше жду чуда»

В свою очередь организаторы «политмассовок» в основном живут надеждой на чудо. Чудо должно выразиться в самопроизвольном «возврате 90-х», то есть люди возьмут и вывалят организованными массами на улицы. Но точно так и ретрограды в нашей власти ждут, когда нефть снова будет стоить 100 долларов и больше, а Россия перестанет считать деньги, отстегивая нам тройную цену за нашу продукцию, которая непонятно почему получит привилегированный статус на ее рынке…

А раз главное — это дождаться чуда, то вся организация описывается простым двухшаговым алгоритмом: «Призвал на акцию — дальше жду чуда». И еще шажок в конце, когда чуда не произошло: «Объясняю, кто виноват: погода, народ, Лукашенко». И так раз за разом.

Апогеем подобного подхода стал «Чернобыльский шлях» в год 30-летия катастрофы, который собрал около 1000 человек и символично прошел впрямь как траурный. Только трагедия там была в другом: налицо фатальная неспособность нас в оппозиции привлечь на свою сторону людей, пригласить к активным действиям, даже когда они безопасны. И попытки спасти это какими-то действиями вроде похода по неразрешенному маршруту в количестве 50 человек только подчеркивают эту драму.

Её почувствовал Антон Мотолько, который спросил у себя в ФБ, почему люди не пришли. Очень советую почитать, там два самых популярных ответа: «не знали» и «не видим смысла». Это даже не камень в огород, а камень нам на шею. После таких девяти месяцев говорить про массовые акции протеста всерьез может только человек, который совершенно неадекватно оценивает ситуацию в стране.

Малочисленные и непродуманные уличные акции оппозиции не расширяют «зону свободы», а снижают её привлекательность в глазах людей, наглядно подтверждая тезис пропагандистов, что оппозиция малочисленна и не пользуется поддержкой общества.

Значит ли это, что акции проводить не нужно? Ни в коем случае! Но делать это надо иначе. Возвращать интерес со стороны граждан к участию придется долго, минимум пару-тройку лет.

Новые реалии — 1990-е прошли безвозвратно

Пора признать: 90-е прошли безвозвратно. Слишком многое поменялось. И чтобы делать успешные политические уличные акции, эти перемены следует осознать.

Назову некоторые изменения.

1. Появился интернет — сегодня не редкость, когда трансляцию акции смотрит намного больше людей, чем непосредственно в ней участвует.

2. Изменилось общество и смыслы. Чернобыль — это уже не про катастрофу, а про последствия, с которыми мы живем, например, про массовые раковые заболевания; БНР — это не что-то лучше БССР, а как и БССР форма нашей государственности; политическая уличная акция как таковая после Майдана — это уже подспудная опасность гораздо большего порядка.

3. Информационный поток очень усложнился: сегодня попасть в поле зрения человека сложно — даже просто чтобы он заметил исходную информацию, нужно очень постараться. Не получится объяснить гражданину, что он должен сделать гражданское усилие без очень веских аргументов.

Что делать?

Что эти перемены означают с точки зрения практики организации уличных акций?

Во-первых, акции нужно организовывать. Такая вот банальщина. Знаю, как организаторы одного национального мероприятия, про которое трубили долгие месяцы, лишь за пару дней осознали: блин, ведь никого конкретно не пригласили, и начали обзванивать людей буквально в последний вечер. Чего удивляться потом, что собралось «100 человек с тихарями»?

Недостаточно создать за месяц оргкомитет, подать заявку в исполком и провести две пресс-конференции. Это как раз означает убить акцию. В оргкомитет должна входить молодежь, гражданские и творческие инициативы. И начинать следует заранее, минимум за 4 месяца, с информационной кампании, которая будет подогревать интерес к теме, объяснять, когда состоится акция, почему, зачем, что ожидается от участников.

Во-вторых, мы должны убедиться, что старые форматы вообще подходят под новые условия. Хватит ожидать десятки тысяч чудесным образом враз «прозревших и осознавших» граждан. Давайте примем как факт: на акцию придет до 2000 человек в лучшем случае и 20 000 посмотрит. Это неплохо, ведь также и со спортивными состязаниями: смотрят трансляцию стократно больше, чем сидят на трибунах.

Просто понимая этот факт нам нужны форматы, в которых эти 2000 будут смотреться достойно, а не как кучка маргиналов, идущих из точки А в точку Б с непонятными целями. Если мы не можем сделать массовое шествие, может лучше организовать концерт? Представьте, что День вышиванки вместо Дворца искусств провели на Октябрьской площади — тогда совсем другая картинка. Никто бы не написал: «как много людей пришло». И еще, нам нужен формат, посмотрев который в трансляции, из 20 000 в следующий раз еще 1000 захочет уже поучаствовать лично, а посмотрит уже не 20, а 50 тысяч.

Новый формат должен быть не исключающим, а вовлекающим, то есть приемлем не только для тех, кто уже в оппозиции, но и для широкого круга граждан. Помню, как на День воли пришел парень с красно-зеленым флагом. Понятно, это был вызов, но на него сразу накинулись: «Давай снимай флаг!», вместо того, чтобы сказать: «Супер!» Ведь ты идешь с нами, признаешь, что БНР — это начало нашей независимости, значит мы рады тебе.

В-третьих, надо ввести правило, одна акция — один лозунг. Лозунг адекватный и самой акции, и количеству участников. Убого смотрится, когда в рамках одного мероприятия, где участвует до 100 человек, требуют и Лукашенко в отставку, и флаг вернуть, и дать льготы ИП, и не повышать пенсионный возраст, и назначают альтернативное правительство и… список просто бесконечный. Все это создает как раз ощущение бессмысленности и болтовни ради болтовни. Да еще и агрессивно-негативной. К такому никто присоединиться не захочет.

Отдельно хочу сказать: когда есть утвержденный маршрут, но кто-то решает пойти своей дорогой, это опять же уменьшает количество желающих участвовать. Ведь в итоге люди путаются, куда и во сколько приходить, а далее просто машут на нас рукой.

…Часть из того, что я говорю, начинает происходить просто в силу исторического процесса. Из праздника 25 марта постепенно уходит конфронтация, негатив, появляется больше именно праздника, объединяющего разных белорусов. В этом году «Арт-сядзиба» пыталась организовать концерт. Не получилось. Но важен сам факт попытки смены формата.

Понимаю, можно сказать: «Если автор этих строк знает, как лучше, пусть возьмет и сделает». Мы уже пытаемся делать, несколько лет подряд стараясь начать дискуссию, что нужен другой подход в оппозиции. Два последних года показали, что на уровне лидеров оппозиции эта дискуссия провалилась и ее надо вести в более широком формате.

И начать надо именно с признания: по-старому уже не будет, а чтобы быть успешными в современной ситуации, нужны новые методы.

Андрей Дмитриев, «Белорусские новости»

4 июня 2016

Коментарии

Добавить комментарий

Вы должны быть авторизованы для комментирования.

Войти с помощью: 
 
А также…