+375 17 209-48-04

+375 25 512-05-97

info@zapraudu.info

Петр Кузнецов: Единственная причина, почему Короткевич осталась единственной

4dcbebb3297a4c488f478aa304a3507bНовость об освобождении политзаключенных в инфопространстве затмила все остальные темы.

Однако эмоции и эйфория пройдут, а заниматься политикой (в том или ином виде, как кто это для себя понимает), придется и дальше.

Поэтому было бы полезным здесь и сейчас, пока это еще хоть как-то, минимально актуально, разобраться в некоторых вещах и поставить точки над «i».

Минувшая пятница, 21 августа, стала последним днем сбора подписей за выдвижение кандидатов в президенты и отправной точкой нового внутриоппозиционного раздрая.

В частности, один из неудавшихся претендентов, Сергей Калякин, заявил, что, по его мнению, другой претендент, более удачливый, Татьяна Короткевич, заявленные 100 тыс. подписей не собрала.

Руководитель штаба другого неудавшегося претендента, Анатолия Лебедько, экономист Лев Марголин, в унисон коллеге сделал аналогичное заявление.

Эти два выступления стали отмашкой для старта потрясающего по своему азарту и блеску в глазах «больбосрача» в среде белорусской оппозиции в соцсетях и комментариях под публикациями: желающих обвинить Т. Короткевич в нечестности нашлось совсем немало.

Общий лейтмотив определили названные выше обвинители: мол, общество апатично, подписывается слабо, откуда взяться у Т. Короткевич ста тысяча подписей?

Между тем, есть некоторые, вполне очевидные обстоятельства, лежащие на поверхности и начисто лишающие высказывания Калякина и Марголина хотя бы минимального налета адекватности и респектабельности.

О какой «апатии» общества толкуют эти политики, если, одновременно, заявляют о том, что один собрал 70 тыс., а второй – 64 тысячи?

Я готов поверить в честность заявленных ими цифр, с единственной оговоркой: тогда мне придется верить и Короткевич. И – наоборот: не верить Короткевич для меня означает не верить и Калякину, Марголину и Лебедько. Объясню, почему.

Калякин и Лебедько – представители двух партий, которые входят в одну коалицию – «Талака». Их суммарный результат – 130 тысяч подписей, без отбраковки (ибо не сдавали). В такой результат можно поверить: еще до начала кампании все аналитики сходились на том, что в одиночку собрать сто тысяч подписей не может никто, в результате объединения усилий это возможно. Единственная проблема названных политиков оказалась в том, что, несмотря на нахождение в одной коалиции, они не смогли определить общую стратегию и двинулись по отдельности, хотя будущий провал был очевиден. Это не их партии и не их коалиции провалились, это они сами, лично, провалились, поскольку не проявили достаточной ответственности и поставили превыше общих интересов личные амбиции.

Однако, зафиксируем: 130 тысяч подписей, если верить заявлениям, это суммарный результат «Талаки».

Татьяна Короткевич сдала в комиссии 107 тысяч подписей, 13 тысяч отбраковали, результат – 120 тысяч подписей. И это, замечу, суммарный результат другой оппозиционной коалиции: «Народного референдума».

Да, не все организации «НР» формально поддержали выдвижение Т. Короткевич, но у не поддержавших хотя бы хватило ответственности не выдвигаться параллельно. В итоге инициативная группа Т. Короткевич оказалась в два раза больше, чем у отдельных инициативных групп ее демократических визави, и результат в 120 тысяч, в этом контексте, вполне логичен.

При обсуждениях размеров инициативных групп всегда находилось много желающих порассуждать о том, что «количество не = качеству», и с этим я не могу не согласиться: меньшее количество отнюдь не означает, в нашем случае, лучшее качество. То, что инициативная группа А. Лебедько оказалась менее 1 тыс. человек, как бы кому-то не хотелось, не означает, что в ней оказались лучшие сборщики. Есть, опять же, очевидные вещи, которые на поверхности: коалиция «Народный референдум» находится в процессе сбора подписей постоянно, собрала 120 тыс. за свою инициативу, то есть команда, что называется, в тонусе: есть «боевой» костяк, есть практика. Ничего этого в последние годы у ОГП или «Справедливого мира» не наблюдалось. Если ОГП еще принимало участие в сборе подписей в 2010 году, то экс-коммунистическая партия Калякина ту кампанию игнорировала. А в депутаты различных уровней они всегда выдвигаются не путем сбора подписей, а партийным решением. То есть, в реальном сборе подписей «Справедливый мир» не принимал участия уже 10 лет…

Так почему же я должен верить Калякину и Марголину, и не должен верить Короткевич? Ввиду описанных факторов, для меня картина очевидна: если верить, то – обеим сторонам, если не верить – то тоже, обоим. И это еще реверанс в сторону Калякина и Лебедько, ибо не верить им, на самом деле, оснований куда больше.

Я, тем не менее, склонен верить. Я думаю, что суммарно активисты организаций «Народного референдума» сумели собрать 100 тыс. подписей, и выдвижение Т. Короткевич, с этой точки зрения, абсолютно легитимно и оправдано. Одновременно я верю в то, что активисты ОГП и «Справедливого мира», входящих в одну коалицию «Талака», также суммарно смогли собрать 100 тыс. подписей. Однако суммарное количество в их случае не дало суммарного общего результата: потому что лидеры их партий, в отличие от лидеров организаций «Народного референдума», на старте кампании повели себя политически безответственно.

И в этом, собственно говоря, и есть та единственная причина, по которой Т. Короткевич сегодня осталась единственной…

То, что они пытаются скрыть эту безответственность и этот явный политический провал за абстрактными рассуждениями об «апатии» — очень плохая тенденция. Собственные просчеты и собственную слабость нельзя делать маркерами для других, не допускающих подобных просчетов и слабостей.

Ибо это уже не только безответственно и недальновидно, но и просто аморально.

Петр Кузнецов, «Белорусский партизан»

 

24 августа 2015

Коментарии

Добавить комментарий

Вы должны быть авторизованы для комментирования.

Войти с помощью: 
 
А также…