+375 29 853-40-17

info@zapraudu.info

Belarusian’s «брэнд»

В 2008 году, согласно проведенному среди населения опросу, неформальным символом Соединенных Штатов стал мультипликационный персонаж Микки-Маус. Среди других претендентов на такую «почетную должность» значились статуя Свободы, Бруклинский мост, Голливуд, персонифицированный образ доллара и многое другое…

Лишь только при одном упоминании географического названия «Америка» в сознании большинства людей пожилого возраста возникает непроизвольный ассоциативный образ заплывшего жиром «буржуина», нещадно эксплуатирующего «несчастных негритят». У поколения, которому «повезло» появиться на свет в хрущевско-брежневские времена, североамериканский континент, прежде всего, ассоциируется с контрафактной джинсой, рок-н-роллом и несбывшимися мечтами о счастливой жизни за океаном с полными карманами ассигнаций зеленого цвета…

Для большинства же «нашего брата», пришедшего в сей бренный мир в начале 80-х – 90-х годов прошлого века, северная Америка, и в частности Соединенные Штаты, ассоциируются, пожалуй, лишь только с корпорацией Майкрософт, Биллом Гейтсом, ресторанами «Мак-Дональдс», напитком «Coca-Cola» и… «американским образом жизни», так гневно порицаемым со всех подмостков официальных белорусских СМИ.

Нам ведь, по большому счету, плевать на то, с кем или с чем ассоциируемся у них мы…

«Радзіма мая дарагая…»

Как известно, общепринятыми символами государственности являются государственный герб, флаг и гимн, которые, выполняя представительные функции на международной арене, наиболее полно отражают исторические традиции и устремления внутри того или иного народа.

За весь период существования белорусского народа и становления белорусской нации перед нами наиболее остро стояла проблема определения нашей национальной идеи, а вместе с ней и национальной символики как визуально-эстетического воплощения самой сущности (национального духа), устремлений и чаяний белорусского народа на всем пути его исторического развития. Проблема не решена и по сей день, вопрос до сих пор считается открытым, несмотря на фактическое существование не только государственной, но и т.н. «оппозиционной» символики белорусов. Так в чем же дело?

Начиная с глубокой древности, национальная символика зарождалась с орнаментальных элементов и имела скорее значение сакральное, нежели этническое. В 1293 году впервые на этнической территории белорусского народа упоминается геральдическая символика, позже получившая известность как национальный герб «Погоня» («І ізмысліл собе князь Вітен герб – лыцэр збройны на коні белым…»). Но, несмотря на его статус как официального герба ВКЛ, символа национально-освободительных восстаний 1794, 1830-1831, 1863-1864 годов и герба БНР, он так и не стал общенациональным «брэндом» белорусов. И причин тому несколько.

Во-первых, данная символика изначально несла в себе смысл военной доблести, шляхетских традиций того времени и поэтому не нашла своего отражения в сознании основной массы населения Беларуси – крестьянства.

Во-вторых, ввиду неразвитости общественных связей того времени символика «Погони» не получила широкого распространения в сельской местности, где проживало большинство крестьянского сословия ВКЛ.

В-третьих, официальная пропаганда, как во времена Советского Союза, так и его «идеологического ренессанса» в начале века 21-го, небезрезультатно прикладывала (да и по большому счету, не останавливается на этом поприще и сейчас) поистине нечеловеческие усилия для создания негативного имиджа этой символики в общественном сознании белорусов.

Именно во времена «совка» (которые, к сожалению, продолжаются и в дни его незаконнорожденного «преемника») и начались безуспешные поиски того идеологического принципа и символа, который бы мог говорить от «третьего множественного лица» всей нации и подменить собой столь ненавистную власти «Погоню».

Как только здесь не изворачивалась фантазия «многомудрых» идеологов! С кем и чем нас только не отождествляли! И с «партизанским краем», имея в виду значимость «лесного» сопротивления во времена оккупации, и с «краем озер», где богатство водного ресурса подчеркивалось даже в названиях крепких спиртных напитков («Беларусь Синеокая» – ничего не напоминает?), и с орнитологической символикой аиста, зооморфной – зубра… Даже наш «второй хлеб» отыграл значительную роль в шуточном названии белорусов нашими восточными соседями – «бульбаши».

Думаю, список этот можно продолжать едва ли не до бесконечности, но что нам в этом толку, если ни один из них, по одной простой причине, так и не обрел своего определяющего места в самосознании белорусов. Не обрел, потому что все эти символы – символы отдельных эпох, исторических периодов, поколений, но уж никак не Беларуси в целом.

Дело в том, что мы сами до сих пор не можем с уверенностью сказать, кто мы такие, чего хотим и, исходя из этого, какой должна быть наша национальная идея и соответственно – общенациональная символика. Именно общенациональная, отражающая характерные черты не только ВСЕГО народа (не путать с большинством!) на ВСЕМ пути его исторического развития, но и КАЖДОГО белоруса во ВСЕ времена. Проще говоря, тот общебелорусский «брэнд», с идеологическим смыслом которого мог бы согласиться и крестьянин, и интеллектуал.

(продолжение следует)

2 декабря 2011

Коментарии

Добавить комментарий

Вы должны быть авторизованы для комментирования.

 
А также…
«Апазіцыя павінна прадстаўляць грамадства!» Андрэй Дзмітрыеў абмяркоўвае пасланне Аляксандра Лукашэнкі