+375 29 853-40-17

info@zapraudu.info

Константин Скуратович: Наш дом — его крепость, или Железный занавес над Беларусью

Прав был тот мыслитель, который утверждал, что все самое главное в жизни происходит неожиданно. Хотели перемен, ждали – пожалуйста!

Не этого хотели?! Не обессудьте…

Как-то незаметно в конце зимы в Беларуси актуальной стала тема «железного занавеса». О нем не столько говорили, сколько делали. Например, за несколько дней пошли псу под хвост итоги двадцатилетнего отстраивания Беларуси в качестве субъекта международной политики. То бишь, суверенного государства. Послы этих субъектов в одночасье вдруг покинули Минск, и Беларусь возвратилась в состояние страны, где нет западных послов.

Двадцать лет строили, в одночасье потеряли. Теперь с Брюсселем и европейскими провинциями хоть по Интернету общайся.

Обидно, разумеется, быть непонятыми, вдвойне обидно, что на обиды надо реагировать, демонстрируя собственную невозмутимость, моральную чистоту и полную аморальность противной стороны. Первой насчет того, что их кайзер нашему царю кукиш показал, выступила не робкого десятка женщина, а наоборот, — Лидия Ермошина. Председательша ЦИК, увлеченная празднованием 8 марта – дня солидарности эксплуатируемых женщин, высказалась о целесообразности исключения послов стран Евросоюза из числа наблюдателей за ходом предстоящих парламентских выборов в Беларуси. Мол, выдача им мандатов наблюдателей на каждые из прошедших выборов были «шагом доброй воли». Но представляемые ими страны в ответ только ужесточали санкции и визовые ограничения.

Двадцать лет строили, в одночасье потеряли. Теперь с Брюсселем и европейскими провинциями хоть по Интернету общайся.

Зачем же метать бисер?…  Абсолютна права г-жа Ермошина, периодически повторяющиеся в Беларуси выборы ничего нового кандидатам, избирателям и наблюдателям дать не могут. Например, Европа, уверенная в обязательной победе на выборах кандидатов «нерушимого блока коммунистов и беспартийных» никогда наблюдателей в СССР не посылала, а кандидаты побеждали. Незачем ехать и наблюдателям в Беларусь  — в ней на выборах нужные кандидаты тоже нерушимо побеждают.

Ведь от прежних наблюдений получались одни неприятности. И признавать нельзя, и не признавать невозможно, фактически правят те, кто не должен, а те, кто должен, сидят не в палатах, а в камерах. Отсюда и все непонятки. Не у всех дипломатов с их исключительной способностью выдавать черное за белое  получается называть отдельных местных деятелей по их официальным именам. В лучшем случае приходится делать поправку в уме.

Как говорят шахматисты, цуг-цванг. Продолжение игры усиливает взаимное лицемерие, санкции одних оказываются недостаточными, а реакции других неадекватными. В итоге всем становится смешно, нелепо и грустно. Например, белорусским большим начальникам отказывается в праве посещать страны по служебным и личным делам (как персонам нон-грата), но разрешены контакты на уровне международных организаций, где они признаются незаменимыми профессионалами (визит министра МВД Кулешова во Францию, председателя КГБ – в Италию).

При этом в Беларуси субординацию никто не отменял, и все «невъездные» принимают решения по предоставляемой «въездными» клерками информации в пределах собственной компетенции.

Впрочем, по иному и не может быть в государстве, которое прошло официальную процедуру дебюрократизации, где действует принцип «одного окна», «одного звонка», «одного начальника», «одного понятия».  «Мы в фортеции живем//Хлеб едим и воду пьем//А как лютые враги//Придут к нам на пироги//Зададим гостям пирушку// Зарядим картечью пушку…» Исходя из такого железного и упрощенного до совершенства представления о должном порядке вещей, в Минске решили не только чужих не привечать, но и своих злыдней не выпускать за крепостные стены. Пусть со всеми живут и про себя злобствуют.

Вроде бы незатейливое и верное решение, если исходить из детской логики – кто первый начал? Но совершенно глупое, если оценивать его с точки зрения государственных интересов Беларуси. Ведь теперь уже неважно, по чьей вине, безвинно или по собственной глупости, белорусы вынужденно боролись за выживание на своей земле только в компании тех, кто считал нужным и возможным вовлечь их в круг собственных интересов.

«Нас не наклонят!»

Это в прошлом. А что в настоящем и будущем?

В настоящем белорусы живут иллюзией, которая в них умело поддерживается. Например, вполне серьезные люди интересуются, куда же они намерены путь держать: в Европу ли, в Евразию или останутся при своих. Делайте выбор, а мы не подведем.

От такого постоянного внимания кружится голова: ишь ты, наша воля – куда захотим, туда и двинем. А того не замечают, что давно на самом деле от их выбора ничего не зависит.  Сказано, например, публично на самом высоком уровне, что мы живем в Беларуси, и ни Брюссель, ни Москва, ни Вашингтон нас «не наклонят» и нами управлять не будут. После этого два-три дня стоит тишина. Только «эксперты» торопливо осмысливают, что нового «он сказал», и убеждаются, что ничего по сравнению со старым нового не было.

Что все уже давно сказано, и это должно ежедневно открывать первые полосы газет как сенсация № 1 – Беларусь наш дом, но его крепость.

Что все уже давно сказано, и это должно ежедневно открывать первые полосы газет как сенсация № 1 – Беларусь наш дом, но его крепость.

От остального мира крепость отделена стенами, рвами, подъемными мостами. Желательно наличие пропасти. В итоге крепостные гарнизоны становятся слишком оригинальными для налаживания сотрудничества. Привыкают людишки смотреть на белый свет сквозь щели и амбразуры. Потому имеют оригинальные представления о «базовых ценностях». Закономерно отстают в развитии от живущих на просторе соседей. Значит, беднеют и абсолютно, и относительно. А чем бедные могут торговать с богатыми? Правильно – наркотиками, рабочей силой, живым товаром…

А дружат как? Всегда готовы протянуть руку дружбы ладонью вверх. Россия, Катар, Китай, Венесуэла, ЕврАзЭС и МВФ и прочие, у кого есть, что дать – вот где проявляется подлинная многовекторность. Причем переговоры не ведутся со всеми сразу. А по-советски – станьте в очередь, всем хватит! Должное внимание и гостеприимство тому, кто обещает и дает, хамство тому – кто требует гарантий.

Кто бы нас учил, да пусть на себя посмотрят, да нам бы такие деньги при наших мозгах. Перечень этих гипотетических преимуществ, которыми по заявлениям минских политиков якобы они обладают перед другими, можно продолжить. Остановимся на том, на чем любит ставить точку Лукашенко – мы не Россия, у нас нет нефти, мы не Америка – у нас нет денег…

В общем, характеристики сравнительные, оценки относительные. Единственная истина факта – у нас есть Лукашенко, чего нет у других. Поэтому всегда наличествует стремление сделать большие перемены, ничего не делая по существу. Например, запретить выезжать из страны соотечественникам, которым не нравится ни сам он, ни его политика. То есть поступить неразумно, недальновидно, против закона и совести. Без нужды напомнив миру о существовавшем некогда «железном занавесе». Вещи совершенно необходимой с точки зрения технологии сношений представителей и институтов двух враждебных систем, но антигуманной и противной природе человека.

Но ведь время было такое – сношения нуждались в надзоре и регуляции. А сейчас – зачем? Ведь включение белорусских чиновников в список нежелательных для Европы персон – это результат их действий, отрицающих наличие общих для всех гуманитарных ценностей. Вопреки их юридическому признанию в Конституции и подписанных международных договорах. Это результат их выбора, следствие совершенных ими преступлений при выполнении ими преступных приказов своих начальников.

Сейчас в железном занавесе нет нужды. Да и невозможно возвести его вокруг страны, которая благодаря глобализации имеет внешнеторговые контакты с 200 государствами мира. Нам не нужны ни войны, ни новые железные занавесы. Хотя бы потому, что,  допустив такую глупость, придется длительное время бороться с ее последствиями. Например, Берлинская стена была возведена в течение одной летней ночи, а разделила мир надвое на 30 лет. И, как говорят сами немцы, психологические последствия этого ощущаются до сих пор.

Что касается «железного занавеса», то это не реальное сооружение, а некая абстракция для обозначения той реальности, в которой желание одних покинуть пределы страны оценивалось как государственная измена, а желание других посмотреть на жизнь в другой стране как шпионаж. И то и другое должно было быть предотвращенным и наказанным.

«Расстреливать не было повода…»

Поначалу в этом деле присутствовал даже идеализм. Например, Ленин в 1922 году инициировал высылку из РСФСР ученых, литераторов, общественных деятелей по той причине, «что они нас дурачат», в количестве 225 человек. Как сказал по этому поводу Троцкий, выслали тех, кого расстреливать не было повода, терпеть невозможно. Ленин считал, что таких деятелей надо отлавливать и высылать, поскольку сословная косность мышления не позволяет им оценить научные преимущества марксизма. Мол, пускай локти потом кусают. Позже высылка за рубеж перестала восприниматься как уголовное наказание на фоне новой социально-политической практики и была заменена другими.

Не получилось и раздуть пожар мировой революции, по причине чего постепенно сворачивались контакты советских представителей с зарубежными собратьями по классу.

В советских конституциях, более прямодушных и отмеченных социальным идеализмом, содержались «политические статьи» и осужденные по ним считались политическими преступниками. На волне времени (считалось, что новый общественный строй невозможно ни оклеветать, ни учинить против него зло) законодательство новых независимых государств было «очищено от политики», и политическим оппозиционерам было предоставлена прекрасная возможность получать обвинения по уголовным статьям. Благодаря этой «недомолвке», по утверждению официальных властей, в Беларуси отсутствуют политические заключенные.

Существуют и другие «специфические практики», в силу которых политический процесс в Беларуси искусственно криминализуется, а подлинное состояние дел от международной общественности скрывается. Если перефразировать слова Троцкого, то власти современной Беларуси не столько обеспокоены поиском поводов для расстрелов, сколько поиском предлогов, позволяющих им оправдывать свою нетерпимость к политическим оппонентам.

Что далеко ходить? Беларусь сегодня является, пожалуй, единственной страной мира, которая имеет собственный университет в изгнании: ЕГУ в Вильнюсе. В связи с этим фактом возникает целый ряд гуманитарных и политических проблем, которые заставляют пристально вглядеться в сущность режима Лукашенко.

Если перефразировать слова Троцкого, то власти современной Беларуси не столько обеспокоены поиском поводов для расстрелов, сколько поиском предлогов, позволяющих им оправдывать свою нетерпимость к политическим оппонентам.

Как бы то ни было, но можно считать доказанным – период «бури и натиска», когда Беларусь могла активно демонстрировать зарубежному потребителю свои социально-экономические достижения остался в прошлом. Даже провинциальных российских журналистов, еще недавно умилявшихся порядком в агрогородках, удивить сложно. Звать других гостей опасно – увидят то, чего видеть не должны. Впрочем, другие и не едут. Туристический бизнес скорее хиреет, нежели развивается.  А это значит, что официальному Минску все больше нужен «железный занавес» в том виде, каким его воспринял писатель Лев Никулин. По его словам, когда на сцене пожар, то ее отделяют от партера железным занавесом. Но пожар загорелся не на сцене, а в Советской России. Вот пускай буржуи и трепещут, спасаясь за железным занавесом. А мы рванем за Ламанш и дальше. Но всякий раз получалась так: где останавливался последний советский танк – там останавливалась мировая революция. Тут и опускался железный занавес. С западной стороны потому, что на самом деле боялись танков. С восточной – потому, что обреченный на гибель Запад загнивает эстетически совершенно, провоцируя спартанских борцов революции на безрассудства.

Гранды мировой политики общались друг с другом только на языке дипломатического протокола, и если делали шаг навстречу, то считали его временной уступкой, необходимой для решительного удара. «Они еще продадут нам веревку, на которой мы их повесим», – утверждал Ленин.

Такая вот идеологема, которую «наши» никак не могут забыть.

15 марта 2012

Коментарии

Добавить комментарий

Вы должны быть авторизованы для комментирования.

 
А также…
«Апазіцыя павінна прадстаўляць грамадства!» Андрэй Дзмітрыеў абмяркоўвае пасланне Аляксандра Лукашэнкі