+375 29 853-40-17

info@zapraudu.info

Кто даст «алмазу» имя

По мнению писателей, Национальная библиотека с именем Быкова станет знаком национального возрождения.

На недавно прошедшем съезде Союза белорусских писателей (СПБ) Владимир Некляев, неоднократно поднимавший вопрос об увековечении имени Василя Быкова, предложил принять Заявление о присвоении имени народного писателя Национальной библиотеке Беларуси. Заявление адресовано Совету министров, Министерству культуры и персонально министру Латушко.

Съезд практически единогласно (на фото) принял этот документ. Однако в обществе сама постановка вопроса и тот факт, что предложение исходило опять от Некляева, вызвали неоднозначную реакцию. Среди писателей из «союза Чергинца» поддержки быть не могло – это ясно. Но скептицизм в Соцсетях, исходящий от явных оппонентов власти, удивил, если не сказать больше. Поэтому хочется разобраться.

Знак беды

Владимир Некляев настаивает на присвоении имени Быкова центральной улице столицы и нашему «Алмазу знаний» – Национальной библиотеке – потому, что считает это знаковым моментом. Имя Быкова на хранилище мыслей хотя бы символически, но будет означать, что мы все-таки избежим беды. Как будто подписавшись под быковскими строками, мы признаем его правоту и начнем уважать себя как нацию.

– Конечно, трудно поверить, что власть отдаст библиотеку тому, кто своими произведениями мешает проводить «нужную» линию, – сказал после принятия Заявления на съезде Владимир Некляев. – Но мы будем ждать ответа. Интересно, в первую очередь, услышать «обоснованное мнение» Союза писателей Чергинца. Они не могут проигнорировать наше предложение. Но и подписаться под ним не смогут. Вот я и хочу узнать, как они это людям объяснят.

Президент не всегда считал Василя Быкова и Владимира Некляева своими врагами. В 90-х недавно избранный глава государства с помощью печально известного идеолога Заметалина пытался притянуть в свои ряды и того, и другого. В те годы Некляев возглавлял Союз писателей Беларуси. Вот к нему и обратились из Администрации президента с просьбой организовать встречу Лукашенко с Быковым.

И такая встреча, возможно, состоялась бы, если бы не амбиции тогда еще молодого президента. По сценарию АП, процедура предполагаемой аудиенции должна была выглядеть не как общение политика, победившего на выборах, с известным на весь мир писателем, а как приход известного писателя Быкова к своему президенту за напутствием. Василь Быков был первым литератором, которого хотел видеть среди идеологической обслуги Лукашенко. Некляев попытался объяснить ошибку: будет лучше, если ситуацию с визитом обернуть наоборот – самому поехать к писателю. И не предлагать преференции за публичную лояльность, а просто выслушать.

Этого не произошло.

Более того, Быков отказался ехать к президенту в резкой форме, сказав, что он «в своей жизни все походы, которые считал нужным, совершил, в том числе на войну». После этого писатель впал в немилость и вынужден был покинуть страну.

Почему именно Быков?

Владимир Некляев неоднократно обращал внимание на последние изменения в школьной программе по белорусской литературе. Вспомним: в 2007 году школьникам облегчили жизнь, выбросив пьесу Янки Купалы «Тутэйшыя» и повесть Василя Быкова «Облава». Логично задуматься: почему именно эти произведения – что в них не так?

Что касается Купалы, тут все ясно. Написание «Тутэйшых» предваряло осмысление Купалой самого понятия «тутэйшасці». Будучи трибуном и отчасти пророком нации, активно выступавшим против «чужой опеки», он четко расставлял акценты. А Советскому Союзу не нужен был «угнетенный по части нацсознания» белорус. Нужны были именно тутэйшыя, а Купала их как раз и очернил. Пьеса, в целом говоря, о потере национальной идентичности. И поэтому ее на протяжении 80-ти лет и запрещали много раз.

Михась Скобла в свое время посчитал: 7 раз «Тутэйших» убирали с глаз долой. В 1926-м – в театральной постановке. В 1927-м – в собрании сочинений Купалы. Потом опять в постановке и в сборнике (в 80-х). Потом в наше время: убрали постановку в Купаловском и запретили 2 фильма – снятые в Польше (Мазынского) и в Беларуси (говорят, в постановке Пинигина). Официальная причина запретов – «в произведении есть национальный шовинизм».

Нападки на Купалу в конце 90-х тоже легко можно объяснить. Белорусский лидер, как все помнят, всерьез рассчитывал на Кремль. Для этого он ездил по России и создавал себе положительный образ. Но этого было мало: нужно было показать обитателям московских кабинетов, что белорусы – это те же русские, готовые стать снова «младшими братьями навеки». Поэтому недавние разговоры на государственном уровне о суверенитете и независимости испарились. А придворные идеологи Минска кинулись избавляться от «идентичности» в белорусской литературе, искусстве и СМИ.

Союз писателей (еще не расколотый), тем не менее, дело тормозил. Категорическими заявлениями против создания Союзного государства по кремлевскому сценарию он продолжал гнуть свою линию, требуя, в числе прочего, сформулировать, наконец, национальную идею. Тогда президент решил приструнить Союз писателей. Но после отказа Быкова, который оставался непререкаемым авторитетом и за пределами страны, с писательской «идеологической обслугой» внутри ничего не выходило.

Облава на свой народ

Время шло, с приходом Путина надежды на российский престол растаяли, а ненависть ко всему «сьвядомаму» осталась. Президент Лукашенко, недавно встречаясь со «своими» писателями, которыми он предусмотрительно обзавелся, заявил, что «необходимо пересмотреть и школьные программы, исключить второстепенных авторов, выделить больше времени на действительно великие произведения».

– И причина не только в том, что национальная литература в принципе чужда президенту, — подчеркивает Некляев. — Она противоречит его пониманию жизни. А сейчас ему произведения Быкова еще и политически невыгодны. Потому он и пытается искоренить классика как писателя, «оскорбляющего народ».

Исключенные из школы за пять лет до этого «второстепенные» Быков и Купала, через своих героев продолжают раскрывать белорусам глаза на происходящее. К примеру, в «Облаве» главным обличителем был крестьянин Хвёдар, которого в повести раскулачивали за то, что взял землю и работал с прибытком. Тот, кто на него донес, не хотел возвращать долг (тридцать рублей), а потому и «подсказал» кому надо: кредитора раскулачить. Вот что важно было в «Облаве»: уничтожают крепких середняков-собственников, людей, желающих работать на себя. А пьяница и бездельник у Быкова – бригадир. Атмосфера, показанная в «Облаве», проецируется в день сегодняшний, когда власть противится созданию в стране независимых собственников – среднего класса, когда можно сводить счеты, поживиться за счет «раскулаченного», донести и вообще творить все, что угодно. От произвола у Быкова не был застрахован никто. «И здесь Быков абсолютно прав. Как точен и в том, что Хвёдор с его «хозяйским чувством» изгнан из родного дома, а Змитер, самый никудышный хозяин в деревне, у которого от бескормицы сдохла кобыла, – бригадир», – писали об «Облаве» критики.

Генерал белорусского советского детектива Чергинец, которому недавно поставили задачу возродить славу белорусской литературы и поднять ее на новый, более высокий художественный уровень, стоит теперь перед трудной проблемой: жалкими СПБ-вскими силами переплюнуть «свядомых пісьменнікаў» – классиков, которые своими художественными аналогиями и обобщениями «поливают грязью нашу страну, оскорбляют собственный народ и подстрекают молодежь к бессмысленным бунтам». С Купалой генералу бороться совсем уж смешно, а вот Быкову он еще надеется путь в сердца читателей перекрыть.

– Я обратился к съезду с просьбой принять заявление о присвоении Национальной библиотеке имени Быкова не потому, что хочу повесить «шыльду» на груду бетонных конструкций, – объяснил свою позицию Владимир Некляев. – Лукашенко говорит, что построил Национальную библиотеку для книг. Но мы видим, что этот его «бриллиант» стоит на руинах белорускости. Разрушается наша культура, литература, а руководитель страны позволяет себе еще и утверждать, что люди, говорящие на родном языке, не могут ничего делать, кроме как разговаривать. Президент заявляет, что по-белорусски (на языке его народа!) нельзя выразить «ничего великого», что это «бедный язык»! Уже этими заявлениями Лукашенко нанес непоправимый ущерб белорусской литературе, белорусской культуре, а никак не наоборот. Он предполагал иметь Быкова при «дворе», прикупить его, а тот фактически послал его. Быков изначально и до конца утверждал одно: Лукашенко – трагедия Беларуси. Он стал как бы личным врагом президента. Живому ему Лукашенко отомстить не смог (не по зубам было), поэтому мстит после смерти – ни улицы Быкова, ни… ничего.

Есть шальная мысль о том, что кое-кому не дает покоя и тот факт, что в Казахстане, например, новой Национальной библиотеке (на фото) в Астане было присвоено имя действующего бессменного президента Нурсултана Назарбаева уже на этапе проектирования. Там у них тоже здание в форме «алмаз-бриллиант», кстати, покруче нашего. Но белорусские писатели надеются, что в следующем году, к 90-летию Василя Быкова, имя классика займет достойное место на фасаде главной библиотеки страны. И никому впредь не придет в голову зарабатывать политические очки на продукте, произведенном инженерами наших душ.

Варвара Котова

14 декабря 2011

Коментарии

  • Михаил15 декабря 2011 #

    А чем господину Некляеву Ф.Скорина не угодил? Он был первопечатником, рядышком стоит памятник Скорине и в честь него названа улица в 100 метрах от библиотеки… Логично было бы присвоить библиотеке именно имя Ф.Скорины. И вернуть это имя главному проспекту, а не выдумывая очередное переименование. Быкова можно увековечить и в иных ипостясях, безусловно он это заслужил, но раз библиотеку окружает дух Скорины, зачем мешать все в кучу?..

  • Михаил Кучеренко15 декабря 2011 #

    Господа, а ведь суть то не в том, какое имя дадут тому, что должно являться национальной гордостью — Национальной Библиотеке, а кто!? Национальная Библиотека -это знамя национальной истории, мудрости, зрелости. Соответственно имя ее венчающее должно отвечать многим критериям, в том числе и быть народно любимым и востребованным. Мы же попадаем в те же совдеповские времена, когда, по русской поговорке, чиновник любого ранга считает для себя возможным «с немытым рылом лезть в калашный ряд»… Культличности, режим (называй как хочешь — суть то одна)надо достойно пережить и делать максимум возможного для просвещения и информированности народа. Тогда и не будет «кубика» им.Лукашизма, а будет всенародный позор лукашенко в кубе.

Добавить комментарий

Вы должны быть авторизованы для комментирования.

 
А также…
«Беларусь не только Минск»: форум регионального развития в Бобруйске