+375 29 853-40-17

info@zapraudu.info

Леонид Радзиховский: Философский спор

Интересный спор на сайте «Эха».

По данным социологов, 82% граждан уверены, что они не могут повлиять на политическую жизнь. 55% говорят, что И НЕ ХОТЯТ влиять.

Если я правильно понял, то речь идет о том, могу ли Я ЛИЧНО в рамках существующей общественной Системы влиять «на политику». Тут я не понимаю, кто эти 18%, которые считают — видимо исходя из личного опыта? — что они ЛИЧНО МОГУТ ВЛИЯТЬ.

Это как?

Выборы? Но даже при самых честных выборах 1 голос очевидно — НИЧТО. Кажется, только раз в истории был случай, когда во Флориде руками пересчитывали голоса, чтобы избрать президента (2000 год). И то преимущество было не в один голос и не в сотню голосов… Но это — ОДИН случай. Обычно статистически значимые цифры на выборах — на федеральном и даже региональном уровне — сотни тысяч. Что тут значит единица? Да, миллионы из единиц состоят, но сама по себе единица — явное ничто.

Если речь идет не о выборах, то в России а) разветвленной системы ДЕЙСТВЕННЫХ лоббистских организаций — нет, б) митинги — хоть разрешенные, хоть запрещенные — никакого значения не имеют, в) тихое Интернет-тролление если и влияет на кого-то, то только на таких же тихих наркоманов. К реал-политик (решения властей, налоги, законы и т.д.) это отношения в нашей стране не имеет.

Так о каком «влиянии» речь? Можно стать профессиональным политиком — ну, вроде Навального. Не знаю «влияет» ли он (и каким образом), но он заметен и вне Интернет-сферы. Однако, для этого нужен талант, это — не хобби, а профессия. Ясно, что людей, склонных быть профессиональными политиками, совсем немного.

Итак, в каком смысле 18% «влияют» — я не понял. И не заметил их влияния…

Но ответ на вопрос «могу ли я повлиять» — БЕЗОЦЕНОЧНЫЙ. Констатация очевидности, не более. «Могу ли я повлиять на погоду»? Нет. Нравится ли мне погода? Нет. ХОТЕЛ бы я — если бы мог — на нее влиять? Вот — интересный вопрос.

На него 55% отвечает — НЕТ, НЕ ХОТИМ.

По этому поводу А.Орех называет их баранами, быдлом.

А другой сотрудник «Эха» А.Голубев восхищается своими аполитичными друзьями, которые, впрочем, ненавидят либералов и коротают время бодренько настукивая друг друга по головам. Образцовые мужики-МЧС-патриоты.

Содержательный спор.

Но не новый.

В XIX веке граф Толстой писал о том же. Граф считал, что Его Величество Народ — фаталист, покорен, терпелив. В отличие от Голубева, Толстой не восхищался чужой способностью «настучать по башке». В отличие от Ореха, не считал покорный Народ быдлом и бараном. Видел в этом Высшую Мудрость, недоступную суетливым либералам.

Толстой считал, что у Русского Народа есть одно-единственное право.

«Он (Левин —Толстой) говорил вместе с народом: «Княжите и владейте нами. Мы радостно обещаем полную покорность. Весь труд, все унижения, все жертвы мы берем на себя; но не мы судим и решаем  ». А теперь народ, по словам Сергей Иванычей (либеральные публицисты), отрекался от этого, купленного такой дорогой ценой права».

Поняли?

У Народа есть одно любезное ему право: ПРАВО НА ПОЛНОЕ БЕСПРАВИЕ. Это — единственное, что нужно Народу. (Герой Достоевского тогда же говорил, что «русскому человеку нужно одно право — ПРАВО НА БЕСЧЕСТИЕ». Ну-с, впоследствии идеи двух великих писателей удачно синтезировались — о чем несколько ниже). Ради этого Права он (Народ) готов — трудиться, унижаться, жертвовать (воевать). ТОЛЬКО ИЗБАВЬТЕ МЕНЯ ОТ ПОЛИТИЧЕСКИХ ПРАВ! Только, Бога ради — не заставляйте меня самого решать свою судьбу! Мы — покорные дети, обещаем во всем слушать родителей — вечно варяжскую Власть, князей, Царей… Только не оставляйте нас наедине с страшной свободой… Как маленьких детей в лесу, папочка!

Так понимал дело Народ — по мысли народного графа — 150 лет назад.

Кое-что изменилось за 150 лет, после многих войн и революций…

Народ без всякой радости «обещает полную покорность». Но — обещает.

Однако, ныне — отношения не патриархальные, а РЫНОЧНЫЕ. И покорность ныне — не долг и радость, а ТОВАР. И у товара есть ЦЕНА.

А цена вот какая…

Народ отныне не собирается брать на себя «весь труд» и «все жертвы». Унижения — стерпит, не обидчив народ-то… А вот насчет «труда» — шалишь брат, барин! (О «жертвах» и базара нет…).

Ты, Царь-надежа, дури как хочешь, играй в теннис, комбайны, ай-педы или амфорами бросайся… Все молча посмотрим… Хоть оркестрами дирижируй с помощью ракетки для бадмингтона… Ваше дело царское — забавляйтесь, куражьтесь, что ж тут…

НО — КОРМИ, ЗНАЙ!

Дураков вкалывать больше нет. Больше Лев Толстой не пашет, да и мы не хотим! «Рента»? Рента. Сырьевая? Сырьевая. Ну и корми! Пусть не так, как сам хрумкаешь, батюшка, не так как лучшие люди народа — Абрамович и Борис Абрамыч с Волошиным и Потаниным и ряд высших сановников-патриотов-державников… Но — корми, брат!

Княжите и владейте нами. Мы равнодушно и осознанно обещаем полную покорность. Но весь труд и все жертвы мы не берем на себя. Делитесь с нами рентой — и тогда мы спокойно отдаем вам право судить и решать, куда девать остальную часть ренты. А унижениями мы поделимся с таджиками и киргизами. Кстати, поработать тоже они могут…

Вот так слегка видоизменилась формула Общественного Договора за 150 лет.

Она может — нравиться.

Может — не нравиться.

Но она — ЕСТЬ.

Для 55% населения — если верить опросам.

И власть этот договор отлично понимает — и подкидывает сена клок. Вот вам и вожделенная «обратная связь».

А это же и есть — Демократия.

Народная Демократия.

И пока она нравится 55%, 82% будет совершенно адекватно считать, что ничего изменить — нельзя.

Источник: блог автора на сайте «Эхо Москвы»

18 ноября 2011

Коментарии

Добавить комментарий

Вы должны быть авторизованы для комментирования.

 
А также…
Мы открыли горячую «антитунеядскую» линию помощи гражданам