+375 17 209-48-04

info@zapraudu.info

О выборах нынешних и будущих

Назначение даты выборов в тот орган, который именуется парламентом, хотя не обладает правами, свойственными для парламента любой европейской страны, поставило перед белорусским демократическим сообществом два вопроса.

Первый: участвовать или не участвовать?

Второй: зачем?

Причем второй вопрос актуален вне зависимости от ответа на первый вопрос. И его задают себе все оппозиционеры, вне зависимости от того, какой позиции они придерживаются.

Вернее, не себе задают, а инакомыслящим, поскольку уж для себя-то каждый решил, что прав именно он.

Я не обладаю презумпцией на единственно верную точку зрения. Я не исключаю, что мое мнение ошибочно. Именно поэтому я его никому не навязываю. Но уж задать вопросы вслух, как и все остальные, я имею полное и законное право.

Задаю.

О чем говорят те, кто считает, что участвовать не следует?

О том, что все равно никого не выберут.

Да. В том смысле, что проконтролировать, кого выбрали, в нашей стране традиционно не удается. Власть объявляет нужный ей результат, а оппозиция продолжает жить в параллельном мире, никак не пытаясь даже участвовать в повседневной жизни граждан. Единственное, пожалуй, сегодня исключение – гражданская кмапания «Говори правду», но на этом месте наверняка раздастся вопль о том, что мы задолбали всех Смолевичами, Рогачевым, Белоозерском, что все решается в Минске и не путем работы с населением, а исключительно после президентских выборов, когда народ вдруг (!) прозреет (!!) и уж тогда поддержит единого (!!!) кандидата демократических сил…

О том, что участие оппозиции в выборах легитимирует то, что у нас называется парламентом.

Нет. Потому что восстановление, например, Национального собрания Республики Беларусь в Парламентской Ассамблее ОБСЕ в самую последнюю очередь было связано с участием белорусской оппозиции в выборах. Работали совершенно иные механизмы. Были даны определенные обещания белорусской стороной под гарантии России как влиятельного члена ОБСЕ. Не возражали ни ключевые игроки в Европейском Союзе, ни Соединенные Штаты. И членство было восстановлено.

О том, что участие в выборах безнравственно, когда есть политические заключенные?

Да. Но тогда встречный вопрос: ни один из представителей политических сил, которые сегодня ратуют на этом основании за бойкот, в 2010 году не вспомнил о политзаключенном Николае Автуховиче. А сегодня они же дружной толпой наваливаются на сидящего в тюрьме Николая Статкевича только потому, что он придерживается иной точки зрения. Тогда где ваша высокая, в чем-то почти христианская нравственность? На одной встрече, где сторонники и противники участия в электоральной кампании имели возможность высказать свои аргументы лицом к лицу в присутствии третьей стороны, я прямо ответил: наша ошибка была в том, что во время кампании 2010 года мы не поднимали этот вопрос. И сейчас нужно говорить людям еще и об этом.

О связи диктатуры с постоянным, неуклонным ухудшением жизненного уровня.

О том, что избирательные комиссии, участвуя в фальсификации выборов, из страха или за свое рабочее место, или из благодарности за брошенную кость, крадут будущее у всей страны.

О том, что никто, включая Россию, не будет оказывать нам помощь, а только давать в долг, и что долги нужно отдавать, а наше правительство все глубже и глубже залезает в долговую яму.

Наконец, о том, что будущее находится в руках у народа, и народ – это мы, избиратели.

А о том, что политика грязное и безнравственное дело, лучше всех знали Наполеон Бонапарт, Уинстон Черчилль и Владимир Ульянов-Ленин.

Идем дальше.

О чем говорят те, кто выступает за участие в выборах?

О том, что в стране очень мало возможности идти к людям и говорить с ними – в том числе по всем темам, обозначенным выше, – так, чтобы демократических активистов не били, не хватали, не сажали на сутки. Или чтобы это делали хотя бы не столь нагло, как обычно в нашей стране делается. И электоральные – предвыборные – кампании дают такую относительно редкую возможность.

О том, что не выстроены нормальные каналы коммуникации, и от выборов до выборов белорусский избиратель просто забывает о существовании белорусской оппозиции. А когда вспоминает, то лишь для того, чтобы спросить: а под какой метлой вы сидели все это время? В интернете?

О том, что вне зависимости от участия либо неучастия белорусской оппозиции в выборах ситуация в стране только ухудшается, и никак иначе. И что нужно пытаться использовать любую возможность, для расширения того небольшого пятачка земли, на котором сегодня мы стоим. Не сворачивать деятельность, а разворачивать ее.

Зачем?

Этот второй вопрос требует также ответа от обеих дискутирующих сторон.

Первая сторона отвечает: чтобы победить на следующих президентских выборах.

Вторая сторона отвечает: чтобы победить на следующих президентских выборах.

Журналисты, мы договорились! Вы ведь требовали, чтобы мы все договорились до чего-нибудь? Так договорились же!

Затем начинаются неинтересные, как правило, белорусской прессе детали, но именно в них и скрывается, простите, дьявол.

«Радикалы» говорят: будет бойкот, выборы не состоятся, «парламент» не признают, режим рухнет, мы придем к власти… Б..дь, зашибись!

«Коллаборанты» говорят: пойдем к народу, скажем правду, сейчас нас не выберут, так выберут на местных выборах, а там и до президентских рукой подать, когда мы уж наверняка… Б..дь, красота!

То, что после многоточиев идет, – это реакция любого нормального человека, слышащего все подобные рассуждения год от года. То есть, каждую электоральную кампанию.

Проще всего – остаться дома.

Но это – проще всего, а не результативнее всего.

Чего мы добились?

Самая «кадрово обеспеченная» белорусская партия сегодня – без сомнения, Объединенная гражданская партия. Бывшие премьеры, министры, депутаты, банкиры.

На втором месте – Белорусская социал-демократическая партия Громада. Премьеров нет, но есть экс-спикер, а также министры, депутаты всех уровней.

Тоже, к сожалению, бывшие.

Постаревшие.

Время идет. Восемнадцать лет назад Лукашенко был избран. И он сегодня – единственный белорусский политик, имеющий возможность реально пополнять свою кадровую «скамейку запасных». В том числе – через выборы, являющиеся одним из механизмов ротации. Да, он один контролирует «социальный лифт», но его это устраивает вполне.

Как устраивает и тех, кого он отбирает для перемещения на верхние этажи.

Это – искусственный отбор.

В оппозиции должен, по идее, быть естественный отбор – когда демократические активисты, объединившиеся в партии и неправительственные организации, сами решают, кто и для чего возглавляет их.

Если завтра (!) белорусский народ прозреет (!!) и даст сформировать нынешнему составу оппозиции правительство (!!!), просто зашибись, какая это будет красота! Средний возраст кабинета – 60 лет, не меньше. Уже Калякину шестьдесят лет, а в 1996 году он был совершенно молодым и перспективным политиком!

Я не против стариков в правительстве. Но у нас не будет кандидатов даже на посты заместителей министров. А уж чтобы сменить местную власть, так и подавно!

Мы не можем дать своим активистам возможности пройти нормальную стажировку в органах власти других стран. Наша молодежь, верящая в демократию, привычнее к тюремной камере, чем к офисному кабинету. Она лишь теоретически знает, как пишутся законы, как формируется бюджет, как проводить реформу местной власти. Единственное, что ей можно доверить, хоть завтра, – это реформа пенитенциарной системы. Здесь я спокоен, что дров не наломают.

С кем мы приходим к выборам 2015 года? Где вы найдете новых людей, если сегодня не дадите нашим активистам возможность учиться разговаривать с избирателями, принимать решения и отвечать за последствия этих решений? Бойкот – удобная форма списать собственное бездействие на давление власти и приписать при этом самим себе великую заслугу в политической абстиненции народа, которая год от года растет, но никак не влечет за собой ослабление правящего режима.

У каждого свои грабли. Но были грабли образца 1999 года, когда местные Советы были сформированы практически без участия оппозиции. И были грабли образца 2000 года, когда все вдруг разом испугались возможности легитимации парламента.

И что?

Оппозиции по-прежнему нет в Советах всех уровней, а парламент вполне себе легитимен. И если бы не разгон мирной акции протеста 19 декабря 2010 года, последовавшие за ними суды, а потом и скорострельная казнь Коновалова с Ковалевым, была бы сегодня Беларусь и в Совете Европы – со всеми вытекающими для легитимации последствиями.

А мы где? Мы, демократическая оппозиция?

Глубоко-глубоко?

Красота, зашибись!

Александр Федута, zapraudu.info

25 июня 2012

Теги:

Коментарии

  • Живсвет27 июня 2012 #

    Александр, только в пятьдесят лет человек становится мудрым, а в шестьдесят становится учителем. Рано списывать стариков.

  • Алег Чаркас-Хартановіч29 июня 2012 #

    Вось падабаецца мне думка сп.Фядуты. Хоць задушыце. Адзіны слушны адказ-меркаваньне на тэму вечнай праблемы бацькоў і дзяцей, ой, удзелу ці байкоту. Дзякуй Вам, шаноўны.

Добавить комментарий

Вы должны быть авторизованы для комментирования.

 
А также…
Поход к избирателям. Олег Квятинский, кандидат в депутаты Витебского горсовета