+375 29 853-40-17

info@zapraudu.info

Сегодня День защиты прав человека

Правозащитница Раиса Михайловская объяснила, почему для белорусов это главный  праздник.

Речь о том, что для нас День защиты прав человека становится не менее важен, чем, к примеру, Новый год. Судите сами: население, не способное защитить свои права перед государственной машиной, рискует провести застолье не под елкой, а в СИЗО, как это было  в прошлом году. Теперь мы еще подумаем: стоило заявлять о своих правах или лучше было промолчать?  Так постепенно и развивается рабская психология. А что это такое – каждый знает, хоть и не признает букета постыдных характеристик лично в себе.

Между тем, нужно уже признать, что  «рабская психология» – это не что-то книжное из  чеховской  антологии или «Хижины Дяди Тома». Это про нас, сегодняшних, живущих на проспекте Независимости в Минске или где-нибудь на окраине среднего и маленького городка.

Рабское по-белорусски – это когда ты думаешь одно, говоришь другое, делаешь третье. И все время возмущаешься на кухне после очередной порции плохих новостей.

Это когда ты лично ничего не меняешь и глотаешь очередную дозу  унижений.

Это когда мы все говорим: а что я-то могу сделать?  (или: ай, все равно ничего не получится!)

Это когда хочется пойти посмотреть, соберут ли социальные сети народ возле ГУМа,  будут ли там бибикать и роптать? А самому боязно.

Вдруг – дубинкой по башке?

Это когда тебе говорят: «Проходи, тут нельзя стоять», а ты стоишь на своей площади, в своем городе и ничего противозаконного не делаешь.

Это когда у тебя нет записи в трудовой книжке, а зарплату выдают без пенсионных выплат.

Или когда привязывают контрактом к единственному в населенном пункте заводу.

Или: ты милиционер, но не преступников ловишь, а щитом у Костела стучишь. И не хочется, а все равно надо стучать (работа у тебя такая).

Рабская психология возникает, когда человек уже привык к отсутствию прав. И тогда главная мысль: не дай Бог попасть под жернова.

О том, как это с нами случилось и можно ли что-то изменить, zapraudu.info  рассказала  правозащитница Раиса Михайловская.

Вопрос звучит так: «Почему белорусы вообще не думают о своих правах»? То есть, предметно, в связи со своим житьем-бытьем, как, к примеру, происходит в той же Америке?  Почему мы считаем, что «права человека» это просто слова, которые принято произносить среди  западных политиков, а отдельному белорусу в них незачем и вникать, так как в его конкретной жизни это никого напрямую не касается?

– В странах типа Америки, раз уж вы о ней  вспомнили, чувство собственного достоинства, осознания, что ты гражданин со своими правами и обязанностями, человек ощущает с рождения, буквально, если хотите, с молоком матери. Там у них была долгая история демократии, воспитанная не одним поколением. Примеры даже не надо приводить, все знают, как проходила борьба афроамериканцев за свои права, какую роль в ней сыграл Лютер Кинг. У нас же, воспитанных в духе «партия – ум, честь и совесть нашей эпохи», права человека вообще не воспринимались как нечто имеющее значение. Мы привыкли защищать некую расплывчатую общественную ценность, а не свое ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ ДОСТОИНСТВО, данное  при рождении. За наших родителей все решали в высоких партийных кабинетах, дедов подавляли, прикрываясь лозунгами о патриотизме и коммунистических идеалах (они часто верили, поэтому мирились и страдали). Так же воспитывали и нас.

Редкие граждане (наиболее отчаянные) пробовали бороться, их записывали в диссиденты, высылали из страны. То есть, 70-летняя история СССР,  сменившая несколько поколений советских людей, укоренила в сознании  именно такой подход к личному праву отдельного человека. И с этим пока ничего не поделаешь. До этого у нас были и крепостное право, и бедность, и национальное унижение, т.е. в генах изначально было другое. Нынешнее молодое поколение более развито в этом смысле. Они уже понимают, что «права» – не пустой звук, и в этом уже есть прогресс, во всяком случае, для нас. Плохо только, что часто понятие «права человека»  молодые понимают однобоко – только как права, забывая об обязанностях перед обществом и другими людьми. Может быть, поэтому они более наглы и беспардонны бывают в повседневной жизни по отношению к другим людям. Правозащитники всегда говорят и настаивают на обучении уже с детского сада – в наиболее приемлемой форме, чтобы доходило до детей: что это такое «права человека» и как этим «распоряжаться».

Часто ущемление прав невозможно доказать, даже если и было желание. Имеются в виду разные виды дискриминации на работе — к примеру, очень распространенное преследование по политическим мотивам, оформление на работу без соцпакета — иди, жалуйся, останешься вообще без куска хлеба. В чем причина такого явления: скрытые от глаз правосудия нарушения есть, все о них знают, но не борются, так как нельзя доказать?

– Это от бедности. Работодатель бывает не в состоянии содержать законно оформленный штат, платить за соцпакет, а потом просто привыкает: раз есть возможность сэкономить, и работники согласны на подобные условия – почему нет? Многое зависит и от воспитания, конечно, и от общего развития, от развитого или неразвитого чувства справедливости и собственного достоинства. То же и с политическим преследованием на рабочих местах. Чиновник выполняет госзаказ, так как в противном случае окажется без работы сам.  А еще многое зависит от того, хочет ли человек, не боится ли защищать свои права в каждодневной жизни, в малом и ничтожном. Я думаю, многое, если не все, зависит от уважения к самому себе и от того, насколько тебе «больно» от несправедливости.

— На Западе очень популярна фраза: «Я знаю свои права!» — в кино мы ее постоянно слышим. Там действительно защита личных прав — чуть ли не фишка. Нарушили чьи-то права — неважно кто — коп, работодатель, бывший муж, сосед (машину близко к твоему  дому поставил), сразу звонят в полицию или идут в суд. Это правильно? Или просто такие уж они перезамороченные на своих конституциях? У нас-то люди воспринимают суд не как место восстановления справедливости, а как место, где определяют наказание?

– Это правильно – то, что люди в других государствах «заморочены» на своих конституционных правах. Для чего же тогда Конституция? Другое дело – у нас, когда правоприменительная практика показывает: очень часто ни конституция, ни законы не исполняются. И тот факт, что люди относятся к судам не как к месту определения правосудия, а как к органу, выносящему неправомерные решения, вытекает все из той же порочной судебной практики.

— На международном уровне защита прав человека выражается в разработке международных стандартов и контролем за их соблюдением. На национальном уровне  мы должны приводить свое законодательство в соответствие и делать все для его выполнения. Насколько Беларусь соответствует требованиям?

– Беларусь как член различных международных организаций (ОБСЕ, ООН) приняла на себя ряд обязательств, которые обязана соблюдать. Кроме того, она подписала-ратифицировала ряд международных документов-договоров в области прав человека. Поэтому в законодательстве заложены такие принципы, как приоритет международного права по сравнению с национальным законодательством. Однако на практике Беларусь фактически плюет на эти свои обязательства перед международным содружеством. И в этом смысле выглядит дикарем среди интеллигентных господ во фраках. У нас до сих пор можно расстреливать своих граждан, принимать неконституционные законы, иметь политические статьи в Уголовном кодексе и, как следствие, – политических заключенных в лице оппонентов действующей власти. Пример? ВСЕ альтернативные кандидаты в президенты на двух подряд выборах президента сидели и сидят! А как быть со смертной казнью? Я уже не говорю о том, что совершенно реальна судебная ошибка (примеров немало: вместо Чикатило  в свое время расстреляли невиновного!). Поэтому сейчас основные претензии-требования со стороны международного сообщества оправданны: ввести мораторий на смертную казнь, освободить политзаключенных, убрать из законодательства репрессивные статьи (участие в незарегистрированных организациях, о массовых мероприятиях и др.), изменить избирательное законодательство.

Мало кто задумывается, зачем дополнительно к законодательству нужна еще и Конституция, почему она называется «Основной закон» и отчего мы должны неукоснительно ее соблюдать? Можете коротко объяснить?

– Конечно! Это свод неукоснительных правил, который общество принимает для себя. Конституция – наш каркас, а для того, чтобы учесть жизненные нюансы, есть уголовное, административное, хозяйственное законодательства.  УК, АК и остальное кодексы прописываются только в рамках Конституции. Тем не менее, в  современной Беларуси принимаются законы, которые противоречат Основному закону, подписываются и «временные» Указы, которые даже перечеркивают написанное в Конституции, а мы, молча, соглашаемся и продолжаем по этим «временным новым правилам» жить. В США одна и та же неизменная Конституция неукоснительно выполняется на протяжении двухсот лет. Сможем ли мы когда-нибудь разработать документ столь же универсальный и вечный? Не знаю. С 1991 года в независимой Беларуси Конституция уже 3 раза менялась. К сожалению, мы живем в очень непростое переходное время. Поэтому несовершенство, в том числе, законов и судебной системы на этом этапе для нас неизбежно.

Можете привести конкретные случаи удачной защиты ущемленных прав личности? Хоть один яркий пример?

К сожалению, не могу припомнить ни одного, если говорить о победе в суде оппонентов власти. Начиная с судебных процессов над известными людьми – Старовойтовым, Леоновым, Чигирем и далее… Нет, таких случаев не было.

Хоть один белорус жаловался в Европейский суд?

– Дело в том, что Беларусь не является членом Совета Европы. Путь наших граждан в Европейский суд по правам человека закрыт. Белорусы могут только после исчерпания средств правовой защиты на национальном уровне (после Верховного суда) подать жалобу в Комитет по правам человека в ООН. Но… решения Комитета не являются обязательными для выполнения в Беларуси, и она их не выполняет с удовольствием, хотя и посылает в ООН требуемые каждый раз (когда рассматривают дела) ответы от лица государства.

**********************************************************************

В качестве послесловия к интервью (как информация для размышления по поводу выполнения-невыполнения положений Конституции), прочтите следующий абзац:

24 марта 1933 г. рейхстаг принимает Закон «Об устранении бедственного положения народа и государства», на основании которого правительство получает законодательные права, в том числе и по вопросам бюджета. Допускалось также, что нормы законов, принятых правительством, могут прямо уклоняться от норм Конституции 1919 г., формально продолжавшей действовать (с одной упраздненной вскоре оговоркой «если они не имеют объектом рейхстаг и рейхсрат»). В законе специально подчеркивалось, что договоры с иностранными государствами и их исполнение не нуждаются в утверждении парламентом. Формально закон был принят как временный до 1 апреля 1937 г., фактически он стал постоянно действующим основным законом фашистского государства. Непосредственное участие в подготовке всех имперских законов отныне принимала канцелярия национал-социалистской партии, подчиненная Гитлеру. Это был конец Веймарской республики с ее представительными учреждениями.

Варвара Котова

10 декабря 2011

Коментарии

Добавить комментарий

Вы должны быть авторизованы для комментирования.

 
А также…
«Апазіцыя павінна прадстаўляць грамадства!» Андрэй Дзмітрыеў абмяркоўвае пасланне Аляксандра Лукашэнкі