+375 29 853-40-17

info@zapraudu.info

СО МНОЮ ВОТ ЧТО ПРОИСХОДИТ… «Поэт в России больше, чем поэт – и в Беларуси он ничуть не меньше»

«Со мною вот что происходит:

Ко мне мой старый друг не ходит,

А ходят в праздной суете

Разнообразные не те…»

Евгению Евтушенко во второй раз исполнилось 80.

У него два года рождения: 1932 – реальный, 1933 – паспортный. Но не в этом секрет. А в том секрет, что у него нет лет. «Я нaткнулся, – пишет он в автобиографической книге “Волчий паспорт”, – нa спaсительную фрaзу Оскaрa Уaйльдa, восстaновившую мое душевное рaвновесие: “Трaгедия стaрости в том, что ее нет”. Я осмотрелся вокруг и вдруг понял зaстенчивую тaйну стaрости. Онa в том, что “нет лет”».

По материнской крови русский поэт Евгений Евтушенко – белорус. У него и фамилия его белорусского деда Ермолая Евтушенко. Георгиевского, кстати, кавалера, а потом красного командира, уничтоженного в 1937-м. В деревне Хомичи на Полесье, где родился дед поэта, и сейчас живут Евтушенки.

Но дело, разумеется, не в землячестве: есть у нас разные земляки… В 1999 году из-за одного из них я вынужден был уехать в Варшаву. Многие русские поэты, с которыми я тогда дружил и которым этот наш земляк представлялся почему-то спасителем славянства, обвинили меня в измене русской идее. Когда я спросил: «В чём идея и в чём измена?..» – вразумительного ответа не получил. Зато раздался телефонный звонок неизвестно как меня разыскавшего Евгения Евтушенко, единственного человека, спросившего не об идее, русской или белорусской, а о том, есть ли мне где жить и есть ли за что купить хлеб?..

В 1991-м, во время путча, когда решалась судьба России, он был единственным русским поэтом, который пришел защищать «Белый дом». А в 1992-м те же поэты-«патриоты», которые обвинят меня потом в измене русской идее, сожгли во доре писательского дома чучело Евтушенко.

Почему? Вовсе не потому, что они – «патриоты», а он – «предатель». Просто ни у кого не было такой славы (прижизненной, а не посмертной), которая была у него. Не патриотизм воспылал, а зависть зажгла огонь ненависти.

Евтушенко уехал в Америку… Не навсегда, не жить – преподавать в университете города Талсу, в котором, как сам пишет, только в зоопарке чувствует себя, как на родине.

В 2010-м во внутренней тюрьме КГБ, в туалете среди смерзшихся отходов человеческой жизнедеятельности я увидел обрывок газеты, на котором в желтых разводах разобрал последние слова: «Держись, Володя! Твой брат Евгений Евтушенко».

До сих пор помню, как горло перехватило… Господи, где та Америка! Где тот Талсу, в котором, напоминающий родину, зоопарк…

В людях неистребимо человечье. Его не вытравить, не изгадить ни грязью, ни дерьмом. Оно прорастает из грязи, из-под дерьма прорывается красотой. Порывом человека к человеку. В этой неистребимости человечьего – суть поэзии Евгения Евтушенко и его самого.

Я написал ему стихи.

Мой друг, мой брат, привет тебе, привет! 

Ты руку подал мне в нелегкий час, не мешкая. 

Поэт в России больше, 

чем поэт – 

И в Беларуси он ничуть не меньше. 

Ну, вот ему и вышел укорот. 

В том ничего невиданного нету. 

Пророс 37-й гадючий год 

Из ненависти подлецов к поэтам. 

Неся кресты, терновые венцы, 

Поэты, наши кровные отцы, 

Шли по этапам, вешаясь, стреляясь, 

А вслед им ухмылялись подлецы, 

В самих себе, как в коконах, рождаясь. 

Они себе цепляли ордена 

И на погонах звезды зажигали… 

Они украли наши времена! 

Они страну у нас с тобой украли! 

Украли нашу музыку, стихи, 

В лай превратили речи нашей звуки, 

По всем святыням расползлись, как мхи, – 

Не трогайте моё! Отдайте, суки! 

Пусть я кричал про то не по уму, 

Пусть не туда я встрял – и мне за это 

Башку отбили, бросили в тюрьму, 

Но я не предал сам в себе поэта. 

Поэзию не предал, видит Бог… 

Одно мне душу мучает до жженья: 

Какой за нами неоплатный долг! 

С ума сойти! Но мы отплатим, Женя! 

Не отдадим на поруг и на смех 

Святое наше братство цеховое… 

Мы, может быть, последние из тех, 

Кто еще помнит, что оно такое. 

Еще вдохнем мы терпкой густоты 

Вина, стихов и, как не раз бывало, 

Я выпью за Есенина, а ты, 

Со мной обнявшись, выпьешь за Купалу. 

И будут в окна бабочки на свет 

Лететь всю ночь, и лики с небосвода 

Всю ночь смотреть… Привет тебе, привет, 

Мой друг, мой брат!.. Привет тебе, свобода!

Владимир НЕКЛЯЕВ

«Белорусский партизан»

em

22 июля 2013

Коментарии

Добавить комментарий

Вы должны быть авторизованы для комментирования.

 
А также…
Мы открыли горячую «антитунеядскую» линию помощи гражданам