+375 29 853-40-17

info@zapraudu.info

Труба зовет в обход

8 ноября бундесканцлерин, президент России, премьеры Франции и Нидерландов совместными усилиями повернули символический вентиль газопровода «Северный поток», и российский газ пошел в Германию напрямую.

Согласно многочисленным заявлениям российских официальных лиц, целью прокладки новой трубы было обеспечение двух основных потенциальных выгод – повышение потенциала экспорта природного газа на европейский рынок и упрощение решения регулярно возникавших в последние годы проблем с транзитом голубого топлива через Украину и Беларусь. Очевидно, что в последнем случае тем или иным образом затрагивается и Польша.

Это едва ли не единственная газовая инициатива Москвы в Европе, получившая, вопреки активному сопротивлению ряда стран, реальную поддержку ЕС. Возникает вопрос, в какой степени исходные планы могут быть реализованы, а также как это отразится на странах-транзитерах.

Благими намерениями…

Москва надеялась, что «Северный поток» позволит ей контролировать около трети самого крупного и прибыльного для монополии рынка. Однако, как отмечают российские эксперты, может статься, что «Газпром» одержал победу в прошлой войне, плодами которой пользоваться ему доведется недолго. Причина в том, что за прошедшие с начала реализации проекта пять лет положение дел на  рынке газа претерпело кардинальные изменения, и набирающие силу современные тренды не обещают монополии ничего хорошего.

Пик потребления природного газа в ЕС пришелся на 2005 год, после чего из-за теплых зим, «вентильных войн» с Украиной и кризисного спада началось его постоянное снижение. Соединенные Штаты за счет добычи собственного сланцевого газа в значительной мере стали независимыми от импорта, и Катару пришлось перенаправить потоки своего сжиженного природного газа (СПГ) в Европу. В результате западные концерны сократили до минимума установленные в контрактах объемы, приобретаемые у России, так как на свободном рынке появились более дешевые альтернативные варианты.

Более того, заявленные и уже реализуемые проекты по СПГ дают основания полагать, что газовый рынок превращается из регионального в глобальный, и времена, когда покупатель был завязан на одном поставщике, достаточно скоро уйдут в прошлое. Есть мнение, что уже в 2015 году начнется резкое падение цен, вызванное перепроизводством газа и массовым вводом в строй терминалов для СПГ.

Нельзя забывать и о главном противоречии между Москвой и ЕС – грядущем вступлении в силу так называемого Третьего энергопакета, который требует разделения бизнеса по добыче, транспортировке и сбыту газа. Если «Северный поток» Брюссель все же поддержал, то переговоры по поводу аналогичного статуса для его южного собрата, который должен связать Россию с Европой через Черное море, зашли в тупик. В Еврокомиссии утверждают, что России придется смириться с тем, что рано или поздно этот документ вступит в силу.

Наконец, западные потребители стали использовать Международный арбитражный суд в Стокгольме, чтобы скорректировать долгосрочные соглашения с «Газпромом», в которых стоимость газа определяется ценой на нефтепродукты. В частности, этого удалось добиться итальянской компании Edison. Более того, в конфликт с «Газпромом» вступили даже его ведущие партнеры по «Северному потоку», например, немецкий концерн E.ON Ruhrgas, владеющий 15,5% акций.

Кстати, с экономической точки зрения «Северный поток» и сам по себе является рискованным предприятием. Во-первых, его реальная стоимость – EUR8,8 млрд – превысила расчетную на 1,5 млрд. Далее, в направлении Чехии и Нидерландов были построены еще два трубопровода стоимостью в миллиард евро каждый, и когда эти расходы окупятся, не прогнозируется.

Короче говоря, складывается впечатление, что российский газовый монополист не столько взял Европу в клещи, сколько сам оказался в сложном положении. Как выяснилось, Россия зависит от Евросоюза как от рынка сбыта сильнее, чем можно было предполагать, глядя на ее регулярные попытки продемонстрировать мускулы.

Поневоле вспоминается Советский Союз, тоже, как известно, строивший нефте- и газопроводы на Запад. Думается, всем хорошо памятно, к чему его привело падение цен на энергоносители.

Примечательно, что в этих условиях российские власти все чаще угрожают переориентацией поставок газа на азиатское направление. Там имеются свои плюсы и минусы, но в целом сам этот факт подтверждает наличие серьезных сомнений в возможности успешного достижения первой из поставленных целей.

В свете этих обстоятельств дифирамбы отдельных российских политологов в адрес «Северного потока» кажутся чересчур восторженными.

Транзитные варианты

Польша. Несмотря на то, что Польша закупала у «Газпрома» около двух третей своего потребляемого газа, а также являлась страной-транзитером, меньше всего головной боли «Северный поток», похоже, доставит ей. В прошлом Варшава резко критиковала трубопровод, заявляя, что проект может усилить политическое и экономическое давление со стороны России.

Как заявил министр иностранных дел Радослав Сикорски, «мы не изменили нашу точку зрения – это бесполезная трата денег». Но газ не слишком важен в энергетическом балансе страны. Он обеспечивает лишь 14% электроэнергии и используется промышленностью, в основном, в производстве удобрений.

Для оптимизма у Польши есть основания. По данным Министерства энергетики США, там имеются извлекаемые запасы сланцевого газа в размере 5,3 триллиона кубометров, что эквивалентно ее потреблению в течение более чем трехсот лет. У нее также есть соглашение с Катаром на поставки СПГ, которые могут начаться в 2013 году после того, как Польша завершит строительство порта.

Украина. Здесь возможностей для противодействия заметно меньше, тем более, что, по словам официальных представителей «Газпрома», транзит сократится именно на украинском направлении. Теоретически Украина может даже лишиться его полностью, если «Южный поток», проектная мощность которого 63 млрд кубометров, все-таки будет построен.

В прошлом году в Европу было прокачано 95,4 млрд кубометров российского газа, что составило две трети экспорта «Газпрома» в дальнее зарубежье и принесло Киеву USD 1,3 млрд чистой прибыли.

Тем не менее, положение наших южных соседей критическим не выглядит. В обозримом будущем объемы транзита существенно сократиться не могут, так как полная пропускная способность «Северного потока» – а в строй пока была введена только первая нитка – составляет 55 млрд кубометров, что для ликвидации зависимости от украинского транзита явно недостаточно.

Не случайно в разгар сентябрьского обострения газового противостояния с Украиной российские власти заговорили о возможности строительства третьей нитки. Однако как Ангела Меркель, так и германские энергетические компании от этой идеи отказались наотрез. Что же касается «Южного потока», то ему, как уже отмечалось, твердое «нет» говорит Еврокомиссия.

Есть и другие благоприятные обстоятельства. Так, «Северный поток» ориентирован на северную часть Западной Европы, по украинской же территории проходит газ, предназначенный для других регионов ЕС. Не последнюю роль играют также украинские подземные газовые хранилища, служащие для использования при пиковых нагрузках потребления. Таковых не имеется ни в одном из реализованных или запланированных проектов не имеется, тогда как в Украине их 13, и они позволяют накопить свыше 30 млрд. кубометров газа.

Радикальный, но в принципе, вероятно, наиболее правильный подход был высказан Богданом Соколовским, бывшим уполномоченным президента Украины по международным вопросам энергетической безопасности. Суть его заключается в том, чтобы вообще отказаться от газового транзита, ибо зарабатываемые на нем средства не компенсируют возникающие при этом политические проблемы. Перекрыть эти поступления в бюджет предлагается за счет развития других отраслей, а ГТС оставить в своих руках для обеспечения газом украинского потребителя, «ни в коем случае не отдавая под контроль любого другого государства, тем более Российской Федерации» (http://inosmi.ru/ukraine/20111109/177342416.html).

Беларусь. Трудно сказать, насколько подобная инициатива реализуема на практике в Украине, но в нашей стране это совершенно невозможно.

Во-первых, ежегодная прокачка газа через нее составляет порядка 30 млрд кубометров, то есть гипотетически может быть исключена уже в сегодняшних условиях. Во-вторых, половина «Белтрансгаза» уже продана России. Ну и трудновато представить официальный Минск, занимающий такую решительную позицию.

Соответственно, как ни печально, но надо признать, что потенциал для сопротивления у нашей страны по сравнению с остальными минимальный. Правда, нам было милостиво обещано, что транзит через Беларусь не пострадает. Ясно, однако, что в лучшем случае это будет лишь до тех пор, пока мы сохраняем лояльность Москве. Поэтому на память почему-то приходит белорусская народная пословица: “Абяцанкі-цацанкі, а дурню радасць”.

Андрей Федоров, «Наше мнение»

16 ноября 2011

Коментарии

Добавить комментарий

Вы должны быть авторизованы для комментирования.

 
А также…
«Апазіцыя павінна прадстаўляць грамадства!» Андрэй Дзмітрыеў абмяркоўвае пасланне Аляксандра Лукашэнкі