+375 17 209-48-04

info@zapraudu.info

В интернате для инвалидов провинившихся постояльцев держат в ШИЗО под наздором милиционеров

Однажды мне довелось побывать в доме, где содержатся инвалиды-психохроники.

Даже посмотрел спектакль по Шукшину, где главную роль исполнял бывший кандидат физико-математических наук, а ныне – психбольной. Играл, кстати, неплохо. Но главное – в коридорах и комнатах сильно пахло дезодорантом. Перед этим я позвонил и предупредил о своем приходе. Так что, все понятно.

А в этом доме-интернате для престарелых и инвалидов все произошло спонтанно. Созвонились, и я приехал. Правда, впечатление было несколько смазанно темными узкими коридорами и полным отсутствием наглядной агитации, что не совсем характерно для любого белорусского учреждения.  Но ничего, всего остального хватало с лихвой. Надо думать, портрет Лукашенко висел в кабинете директора.

Светлана М., которая мне и позвонила, – инвалид. Она, можно сказать, лиллипут, и ноги у нее больные. В чем главная особенность жизни человека в таком учреждении?

В том, что какая бы пенсия у нее ни была до того, здесь она получает только 10% от нее. В случае со Светланой это 80 тыс. руб. Надо сказать, ее маленькая комнатушка слегка поражает. Два мобильника, ноутбук, обычный телефон, телевизор. Откуда? Когда были еще живы родители, помогали они. Помогал и муж, но он умер.

Светлана мечтает подключиться к интернету (32 тыс.). На свои 10% сделать это проблематично. Вот еще открыли прямо во дворе продуктовый магазинчик. Например, можно купить колбасы за 100 тысяч. Что касается цен, здешние обитатели чувствуют полное равноправие с остальными жителями Беларуси.

Наташа Янцевич тоже обладательница компьютера и мобильника. Фамилию упоминаю не зря: Наташа упорно ищет работу диспетчера на дому. Тем более, до инвалидности и дома-интерната такой работой занималась, она ей хорошо знакома. Элементарно, Ватсон, ей нужны деньги. Они здесь всем нужны. Но их нет. Потому что нет работы.

Раньше какая-то фирма давала заказы на вязку жгутов, был цех по изготовлению электродеталей, швейный цех. Теперь ничего этого нет. Есть только 10%. У некоторых нет и их, так как всю жизнь в основном провели под охраной.

– Живем от кормежки до кормежки, – с тоской говорит Наташа.

Она инвалид-колясочник. Носит только ортопедическую обувь. Ее хватает на год-полтора. Можно купить в городе. Примерно за 1,5 млн. рублей. Куда там обуви от «кутюрье»… В доме, к тому же, нет своего сапожника. Как, впрочем, и мастера по ремонту колясок. Был, но его сократили. Сейчас вроде опять берут, но говорят прямо: ставки у нас нет. Начисляют ему 200 тыс., а фактически он получает 100.

Как ни странно, большой проблемой в доме является курение. Запрещено. Можно только на улице. А если вы лежачий (таких хватает) или у вас коляска сломалась? Народ прячется и курит тайком. Поймают – штраф. А то и хуже. Некто покурил в постели и прожег простыню. За это «преступление» его поместили в штрафной изолятор – есть тут и такой.

Его охраняют милиционеры и никого оттуда не выпускают. Если верить моим информаторам, то там вполне можно пролежать до смерти. В таком случае, не совсем понятно: это дом-интернат для престарелых и инвалидов или исправительное учреждение?

Попасть в ШИЗО можно по любой причине. Выпил лишнего, не там покурил, повздорил с персоналом – готовься, дорогой. Поскольку работы никакой и делать нечего, более молодые и мобильные за 2-3 дня пропивают свои 10% и чаще всего попадают в ШИЗО. Если есть места. Ну, а охрана в нашей демократической стране никогда дефицитом не была.

А можно ли лишить места в этом чудесном доме? Запросто. Один гражданин очень крупно провинился перед администрацией. Его отправили на улицу. При этом он одноногий. По последним слухам, промышляет на Червеньском рынке, а ночует в метро. Как вам перспектива? Если у нас социальное государство, то что такое тоталитарное? Запутанный вопрос…

А в комнатах ничего лишнего не должно быть. Ни ковриков на стенках, никакой лишней мебели – кровать, тумбочка, стол. Телевизор или что-то в этом роде тоже не приветствуются. Так и чувствуется за всем этим: вам дали где жить, вас кормят и одевают, выводят на прогулки, – какого рожна вам еще надо!?

– Хочется куда-то поехать, в лес, в театр, в музей или просто в кино, но не получается. Нет денег. Надо платить за телефоны, подключаться к интернету – я человек общительный. Опять не получается… Нет работы – нет денег. Все. Точка.

После посещения дома-интерната, который расположен по ул. Ваупшасова, 33, у меня созрела простая и, мне кажется, трезвая мысль: помирать все равно придется. Так уж лучше сразу. Например, от инфаркта. Минуя дом-интернат для престарелых и инвалидов…

Андрей Сержан

8 февраля 2012

Коментарии

Добавить комментарий

Вы должны быть авторизованы для комментирования.

 
А также…
Поход к избирателям. Олег Квятинский, кандидат в депутаты Витебского горсовета