+375 17 209-48-04

info@zapraudu.info

WikiLeaks, постскриптум: боролись за открытость, а получили скрытное как никогда правительство

Видимо, это месть Джулиана Ассанжа. Любой человек, не понравившийся звезде утечек, обречен на вечное и бесконечное обсуждение космической значимости WikiLeaks.

Как редактор New York Times, работавший в момент публикации многочисленных статей, основанных на этой сокровищнице военных и дипломатических секретов, и как тот везунчик, которого основатель WikiLeaks назвал своим самым нелюбимым журналистом, я участвовал не в одной дискуссии на эту тему и отказался от участия в не меньшем количестве.

Не могу пожаловаться на ту дискуссию, что прошла в Мадриде. Поразглагольствовав в переполненном зале, американские, британские, немецкие, французские и испанские редакторы, рассказывавшие новости на основе утечек в WikiLeaks, отметили свой коллаборационизм с этой ночной ищейкой культпоходом в музей Прадо, а также обедом из 27 блюд, который готовил шеф-повар Ферран Адриа (Ferran Adrià). (Если Европа умрет, то Испания это то место, куда я намерен поехать на ее поминки.)

Незабываемой, правда, в ином плане, была ретроспектива в Беркли, где Ассанжа, который тогда, как и сейчас, ждал решения о высылке в Швецию, показывали на гигантском экране через Скайп, как могущественного волшебника из страны Оз. С этого экрана он с важным видом вещал о том, что западные средства массовой информации не в состоянии превратить эти файлы в некий Нюрнбергский процесс над американским империализмом. И половина аудитории была в этот момент на грани того, чтобы броситься и осыпать экран поцелуями.

Добавьте к этому три-четыре документальных фильма об авантюрах WikiLeaks, десяток книг, включая, как это ни странно, несанкционированную автобиографию Ассанжа, а также пару спекулятивных проектов Голливуда, к которым я проявляю двойной интерес. (1. Есть очень маленькая возможность, что мне удастся подзаработать на небольшом материальчике для сценария. 2. Есть исключительно слабый шанс на то, что режиссер прислушается к замечательному предложению моей жены, чтобы роль Ассанжа играла Тильда Суинтон (чем-то похожая на основателя WikiLeaks – прим. перев.).

Поразительно то, что меня продолжают приглашать на эти мероприятия, поскольку я часто порчу настроение другим. Когда кто-то задает мне изрядно всем поднадоевший вопрос о том, как сайт WikiLeaks изменил наш мир, я неизменно отвечаю: да почти никак. Это была чертовски захватывающая история и случай предательского сотрудничества, но сайт отнюдь не стал провозвестником какой-то новой цифровой эры прозрачности, хотя в это очень сильно хотят поверить документалисты. На самом деле, если говорить об этом шире, то все как раз наоборот.

Эта тема не исчезает и даже признаков ухода из дискуссии не подает. В марте на своем фестивале компания South by Southwest покажет очередную документальную мелодраму о приключениях WikiLeaks. Поэтому я решил проверить, каковы же были последствия от этого величайшего за все времена каскада раскрытых секретов.

Сам Ассанж, который в самом начале дал кучке журналистов доступ к сворованным данным, переехал из загородного поместья своего сторонника в более скромное обиталище, ожидая экстрадиции в Швецию по обвинению в изнасиловании. Американское большое жюри так пока и не решило, предъявлять или нет ему обвинение за организацию утечек. Он собирал многочасовые материалы своих интервью для написания автобиографии, а потом отказался от этого замысла. Но его издатель, действуя в лучших анархистских традициях WikiLeaks, все равно опубликовал автобиографию, несмотря на возражения Ассанжа. (Наверное, не ради выгоды, потому что  в списке бестселлеров автобиография разоблачителя заняла 1288313-е место.) Самым последним проектом Ассанжа, о котором объявили в прошлом месяце, стало его телевизионное ток-шоу, в котором он берет интервью у «иконоборцев, провидцев и посвященных людей из власти». Так заявил гордый покупатель этой серии телеканал RT (ранее  называвшийся Russia Today). Это англоязычный распространитель кремлевской пропаганды и хранитель культа Путина. Нет, все серьезно, никаких шуток.

Ну, если не учитывать кремлевское телевидение, то Ассанж уже выпал из обоймы мировой общеизвестности, перейдя в списки знаменитостей второго сорта. Ему не хватило звездности на появление в Saturday Night Live, но на эпизодическую роль в очередной серии «Симпсонов» он сгодился.

Барт: Как дела, мистер Ассанж?

Джулиан: Это моя персональная информация, и знать ее ты не имеешь права.

Карамба.

В четверг должны начать процесс над рядовым Брэдли Мэннингом, который грозит ему пожизненным сроком. Солдата обвиняют в передаче WikiLeaks 750 тысяч секретных документов. Мэннинга сначала содержали в таких бесчеловечных условиях, что пресс-секретарь Госдепартамента в знак протеста даже ушел в отставку. Не надо искать оправданий его предполагаемому преступлению, чтобы понять: первородный грех во всей этой драме заключается в том, что сия измученная душа имела доступ к такому огромному количеству секретов.

Но мы не можем сказать ничего наверняка о судьбе многочисленных осведомителей, диссидентов, активистов и просто посторонних людей, на которых делаются ссылки в американских телеграммах. Ассанж опубликовал имена источников, несмотря на резкие возражения журналистов, получивших доступ к информации (мы из своих сообщений имена исключили), и к ужасу правозащитных организаций и некоторых его коллег по WikiLeaks. Мне рассказали, что некоторые разоблаченные источники были вынуждены бежать из своих стран с помощью Америки, некоторые были арестованы властями. Об убитых информации нет. Но узнаем ли мы вообще об этом? На прошлой неделе я прочитал информацию Reuters о том, что в Йемене обезглавили троих мужчин за то, что они передавали информацию американцам. Когда я читаю такие истории, я каждый раз начинаю заново тревожиться о судьбах тех многочисленных безвинных свидетелей, которые названы в телеграммах WikiLeaks.

Публикация многочисленных конфиденциальных сообщений и неосмотрительных высказываний не остановила внешнюю политику США. Но она осложнила, по крайней мере, временно, жизнь американским дипломатам. Американские официальные лица заявляют, что их иностранные коллеги порой не хотят высказываться откровенно и открыто, и что теперь вербовать и сохранять информаторов во всем мире стало сложнее.

Как сырье для журналистов эта куча секретов имела просто феноменальную жизнь после смерти. Прошло уже 10 месяцев с тех пор, как New York Times, Guardian, Spiegel и прочие партнеры по этому проекту опубликовали последние крупные выдержки из украденных файлов. Тем не менее, буквально каждый день где-нибудь в мире нет-нет да и появляются материалы, основанные на этой куче информации. Появляются они либо потому что местные СМИ публикуют скандальные подробности, не дошедшие до страниц крупных изданий, либо потому что  новые события представляют эти телеграммы в более интересном свете. Следует заметить, что доклады Госдепартамента о разгульном образе жизни ближневосточных диктаторов дали некое дополнительное топливо для разжигания костров «арабской весны».

Но мысль о том, что это настежь распахнет шлюзные ворота, и начнется информационный потоп, оказалась совершенно неправильной. Сразу после утечки некоторые средства массовой информации (включая наше) задумались над созданием безопасных онлайновых почтовых ящиков, где любители утечек могли бы оставлять свою информацию. Мы вообразили, что теперь анонимные источники информации заголосят вовсю. Но теперь понятно, что утечка WikiLeaks была единственной в своем роде, и что теперь даже менее значимые утечки обнаружить гораздо труднее.

Стивен Афтергуд (Steven Aftergood), отслеживающий вопросы секретности в интересах Федерации американских учёных, сказал, что после вброса WikiLeaks правительство выдвинуло в разряд приоритетов «угрозу со стороны допущенных лиц», а также ужесточило правила доступа к секретным материалам. Подталкиваемые разгневанным Конгрессом, спецслужбы деятельно разрабатывают электронные программы учета, которые существенно затруднят незаконную передачу секретных сведений, а также облегчат поиски организаторов утечек.

«Огромное внимание сосредоточено на WikiLeaks и на ее колоритных собственниках, — сказал мне Афтергуд. – Но оказывается, что главные действия разворачиваются не на уровне издателя, публикующего материал, а на уровне источника. А таких обильных или таких беспечных источников, каким предположительно был Брэдли Мэннинг, не так уж и много».

На то есть основательные причины. Администрация Обамы гораздо активнее преследует и наказывает организаторов утечек, нежели ее предшественники. Характерным примером закручивания гаек стал арест в прошлом месяце бывшего охотника за террористами из ЦРУ Джона Кириаку (John Kiriakou), которого обвинили в том, что он назвал журналистам имена коллег, участвовавших в пытках водой подозреваемых в связях с «Аль-Каидой». Это шестое за время нынешней администрации дело против государственного служащего, разглашающего секретную информацию СМИ, и это больше, чем у всех предыдущих президентов вместе взятых. Это вполне понятный и весьма суровый сигнал тем, кому доверено хранить законные секреты, лицам, совершающим служебные разоблачения и бьющим тревогу, а также чиновникам, которые хотят сообщить народу, как защищается (или не защищается) наша национальная безопасность.

В этом-то и заключается парадокс, который не увидели авторы документальных фильмов. Самый заметный результат кампании WikiLeaks в борьбе за открытость и прозрачность заключается в том, что американское правительство стало как никогда скрытным и замкнутым.

Билл Келлер (Bill Keller), The New York TimesСША, перевод inoСМИ.ru
Оригинал публикации: WikiLeaks, a Postscript

21 февраля 2012

Коментарии

Добавить комментарий

Вы должны быть авторизованы для комментирования.

 
А также…
Поход к избирателям. Олег Квятинский, кандидат в депутаты Витебского горсовета